Там было выведено крупным, но довольно аккуратным подчеркнем, всего несколько строк.
«Дорогой Людвиг, со мной, правда, всё хорошо, ты напрасно переживаешь. Однако не скрою, мне приятны твоя забота и беспокойство.
Я ненадолго взяла отпуск в таверне. Хочу немного отдохнуть, а потом с новыми силами вернуться к работе. Догадываясь о твоём грядущем вопросе, отвечу сразу: деньги у меня есть, и на еду хватает.
Очень скучаю и надеюсь на нашу скорую встречу.
Твоя Ника».
- Я, конечно, не слышала всего, однако, насколько я могу судить, что плохого в том, что у тебя есть возлюбленная? – не удержалась от вопроса Аманда.
- Это сестра, - буркнул по-прежнему смущённый Людвиг.
На этих словах все застыли.
- У тебя есть сестра? – удивлённо выдохнул повар. – А чего ты об этом молчал?
- По определенным причинам, мало кто знает о нашем родстве, - Людвиг тяжело опустился на табурет, зарывшись пальцам в волосы.
- Может, расскажешь? – доверительно произнёс эльфёнок. – У всех нас есть секреты, и мы знаем не понаслышке, как тяжело их хранить в одиночестве.
- Вы же от меня не отстанете, верно? – вздохнул мужчина и, получив кивки согласия, начал свой рассказ. – Полагаю, многие из присутствующих знают, что я полукровка? – он выразительно посмотрел на Аманду.
Та уже догадывалась, что он не обычный мужчина. На это её подталкивала сцена около конюшни, которую та увидела, и вопросы Натана, когда он спрашивал Людвига про запах.
Не заметив на лице девушки удивления, Людвиг продолжил:
- Ну, либо все знают. Моя мать была оборотнем, отец обычный человек. Они долгое время жили вместе, скрывая истинную природу матери. Однако, в один день пришли наемники. Наш сосед однажды увидел в лесу родителей, когда мать была в обличии волка. Он их и сдал. Наемники должны были убить родителей, а нас с сестрой забрать и отдать в институт. Родители атаковали их, дав нам шанс сбежать. Нас так и не нашли. Мне тогда только-только исполнилось двадцать, Нике – десять. Первое время было тяжело, без родных, без вещей, без денег. Сестра устроилась помощницей швеи. Я подрабатывал грузчиком, потом извозчиком. Потом я встретился с господином, когда тот был по делам в другом графстве. Он сразу понял, что я полукровка и предложил службу. Я переехал в поместье, а сестра устроилась в таверну в Бортоне.
- Это тот, что в трех часах езды? – уточнил Натаниэль.
- Да.
- А чего так далеко? Если хотелось именно в город, то Милтон намного ближе, пешком через поля и на месте!
- Это для предосторожности. Хоть ни я, ни сестра не имеем способности к обороту, я унаследовал слух, обоняние и силу оборотня. Сестра же обычная девушка. Если когда-нибудь люди узнают, что я полукровка, под удар не попадет хотя бы она, если не будет известно наше с ней родство.
В кухне повисла тишина. Все прекрасно понимали опасность его положения.
- Итак, мы разобрались и согласны с твоей позицией «чем меньше людей знает, тем лучше», поэтому осуждать не будем. Однако, это не объясняет твоего странного поведения в последние дни.
- Дело всё в том, что мы редко встречаемся, в основном переписываемся. Две недели назад, она перестала отвечать на письма. Сначала, я не переживал, ведь курьер не каждый день ездит в Бортон, и тем не менее, это настораживало. Вот я и был на нервах. А сегодня пришло письмо. Но подчерк не её! На запах внимания обращать бесполезно, ведь письмо побывало во многих руках, но, тем не менее, запаха Ники нет вообще! Это просто невозможно, когда пишешь, ведь ребро ладони невольно касается листа. Я боюсь, что она попала в беду.
- Ты уверен? – Аманда, как и все присутствующие, была озадачена.
- Увы, но своим глазам и носу я верю.
***
Чуть позже, было решено, что Людвиг всё же должен рассказать о своих опасениях Блэкблату. Когда он удалился к нему в кабинет, Аманда, спустя некоторое время, и, успев перекусить, отправилась следом. Хоть ей и не хотелось лишний раз встречаться с графом после утренней «беседы», но беспокойство за судьбу незнакомой девушки было сильнее.
Прокравшись по коридору, она припала ухом к двери.
- …Не одобряю. Оперируя твоими же предположениями, я говорю, что это может быть ловушка. Кто-то мог прознать о вас. Интереса твоя сестра не представляет, но через неё выйти на тебя вполне можно. Допустим, её взяли в плен, выждали время, чтобы ты успел занервничать, а потом написали письмо, даже не пытаясь подделать подчерк, чтобы ты уж наверняка кинулся спасать её, - голос графа был абсолютно ровным и бесстрастным.