Начинало смеркается. За неимением осветительных артефактов в помещении зажгли несколько свечей, которые даровали скудный свет и загадочные тени, в одной из которых и скрылся Джонатан, продолжая с любовью наблюдать за хлопочущей Амандой.
Её тёмная одежда была покрыта пылью от порошков и сушёной трухой трав, а собранные в пучок волосы нещадно растрепались, но даже так девушка не теряла своей привлекательности. Быть может, особый шарм ей придавал загадочный глубокий блеск в зелёных глазах, когда в них отражалось пламя? Этого он не знал. В этой неугомонной и своенравной целительнице его манило абсолютно всё: её мягкая улыбка, обращённая к больным, и задорная, которую видел лишь он один, её спокойный голос, плавные движения тонких нежных рук, доброта, с которой она относилась к каждому, даже её гневные речи, когда она отчитывала тех, кто не следил за своим здоровьем.
Вскоре, в здание вошла женщина, с довольно необычным случаем. Вся её семья, живущая под одной крышей, потеряла голос, притом внезапно. Признаков простуды, либо какого-нибудь иного недуга ни у кого не было, и все, кто явился сегодня, были абсолютно здоровы, по крайней мере внешне, хотя, при магическом осмотре она обнаружила странное, неестественное воздействие на жизненные энергии каждого. Это было не критично, но настораживало. Единственной, кто не потерял голос, пока была одна женщина, что было подозрительно, однако, именно она и инициировала поход семейства к целителю. Осматривая её, Аманда не заметила ничего необычного, но одна вещица всё же привлекла её внимание. Догадка сразу пронеслась в голове девушки, но в ней она была не уверена.
- Можешь, пожалуйста, взглянуть? – она подозвала супруга, который до сих пор ни как не демонстрировал своего присутствия.
Посетительница озадачено покосилась на Аманду, которая казалось, обращалась в пустоту, но когда из тьмы выступил высокий чёрный силуэт, она вздрогнула, едва не упав со стула.
- О, Всевышний!
Но мужчина не обратил внимание на возглас и, в два шага преодолев расстояние, оказался за спиной жены, чуть наклонившись к её лицу. Проследив за взглядом, он на секунду задумался, после чего меж его бровей пролегла глубокая морщина, которую смогла разглядеть лишь Аманда.
- Это то, о чём я думаю?
- Определенно, - хмуро кивнул мужчина, вновь принимая строго вертикальное положение. – Сомнений быть не может.
- Скажите, откуда у вас эта брошь?
- Эта? – женщина удивлённо коснулась украшения ромбовидной формы со вписанным в него крупным угольно-чёрным камнем. – Мне его знакомая подарила.
- А вы случаем не были с ней в ссоре? – поинтересовался Джонатан, по прежнему внимательно рассматривая украшение.
- В-верно… как вы узнали?!
- Это украшение проклято, - игнорируя предшествующий вопрос пояснила Аманда, - и проклятье довольно умело наложено.
- Какой кошмар!! Вы уверены?! – в ужасе спросила женщина, не зная куда деть руки. Она то протягивала их к броши, то вновь со страхом одергивала.
- По идее, - продолжил уже мужчина, - украшение должно лишать голоса лишь своего владельца, но у вас голос есть, пусть и несколько охрипший. Но пострадали члены вашей семьи, что весьма неожиданно.
- Скажите, - вновь переняла эстафету девушка, - есть ли на вас ещё украшения помимо данного?
- Медальон, я никогда его не снимаю, - из-под ворота блузки была извлечена серебристая цепочка с овальной подвеской.
Не сговариваясь, супруги перегнулись через стол, чтобы получше рассмотреть новое украшение.
На металле был изображён лист осины, в обрамлении солнечных лучей – символ Всевышнего.
А посетительница тем временем продолжала:
- Мне его ещё батюшка подарил, когда впервые с караваном отправлялся в Самарджад. Всё переживал, что может не вернуться из другой страны, так хотел хоть как-нибудь меня обезопасить на будущее, вот и дал оберег.
- Символика Всевышнего, да ещё и заговоренная на отвод беды – действительно надёжная вещь.
- Неплохо, - довольно хмыкнул Джонатан. – Медальон отвёл порчу от вас, но она отразилась на ваших близких.
- Ты сможешь снять проклятье? – Аманда заискивающе посмотрела на мужа. – По артефакторике ведь я не очень, ты уже знаешь.