— Посмотри на обороте, — предложил Бо-сан.
— Подпись гласит: «Март тридцать второй год эпохи Мэйдзи. Автопортрет Урадо», — прочитал Сибуя. — Но кто такой этот Урадо?
— Раз уж это автопортрет, то мы должны предположить, что он был хорошим знакомым господина Миямы, — предположил Ясухара. — Возможно, мы сможем узнать намного больше, если спросим Охаси-сана.
Было видно, что ребята безумно устали. Им так и не удалось поспать хотя бы два часа. Джон так вообще выпачкался в пыли, словно чёрт. Аяко уже последние двадцать минут то и делает, что помогает парнишке оттереть лицо влажным полотенцем. Но тут у меня проскочила в голове странная мысль.
Урадо… Урадо… Урадо… Почему мне это кажется таким знакомым? Урадо…
В голове стали возникать образы призраков, которые снова и снова повторяли одни и те же слова. Стойте… Неужели?..
— Нару, где твой блокнот с заметками? — спросила я.
— На столе, только чт… — договорить он сам не смог, так как в его глазах также что-то вспыхнуло.
Парень буквально подбежал к столу, откидывая в сторону ненужные документы, и вот уже через мгновение он держал в руках ту самую старинную купюру, а я отыскала свои собственные рисунки с заметками. Да… Вот они. Я отметила только три гласные, которые смогла понять. У. А. О. Но что если это имя? Что если призраки как раз и говорили об Урадо?
— Урадо… — произнёс Сибуя. — Я уже видел это… «Ура»…
— Нару? — позвала его Май, приближаясь к нам. — Что ты видел? — На это Нару просто протянул ей купюру. — А… Ты про это «Ура»… — поняла девушка, всматриваясь в надпись. — Но… если приглядеться, в этом пятнышке проглядывается буквы. Эм… Ура… До… Так здесь написано «Урадо»?
— Подождите, — прервал Бо-сан и перехватил купюру. — Так, если мы прибавим здесь «До», то получаем: «…Тесь… Вопрос… Урадо… Иты… Быть… Смерть… Все… Сюда… Шли?..» М-да… — протянул монах. — Мы узнали ещё несколько букв, но понятнее не стало. Хоть в «Поле Чудес» играть начинай. С меня хватит… Я устал.
— Стойте! — неожиданно бросил Осаму, также переключаясь к расшифровке. — Если приглядеться, «До», стоит слева от «Ура».
— Доура? — предположила Май, у которой мысли также отказывали работать из-за усталости.
— Да нет же… — отрицательно помотал головой Ясухара. — Это ведь писалось в эпоху Мэйдзи, верно? А в то время горизонтальные надписи записывались с лева на право, так? В таком случае, если мы переставим слоги местами, то получим… Как-то так… «Шли… Сюда… Все… Смерть… Быть… Иты… Урадо… Вопрос… Тесь…» Начало фразы стало более читабельным, да?
— Ого! — удивилась Май. — Здорово.
— Дай взглянуть, — попросила Аяко.
— Думаю, — начал монах. — Я могу это прочитать. «Шли… Сюда…» — это можно прочесть, как «Те, кто пришли сюда». То есть… «Те, кто пришли сюда — умерли»?
— Хм… Тогда становится ясно, что написано в конце, — поддержала Бо-сана Аяко. — Если это адресованное кому-то предупреждение… «Те, кто пришли сюда — умерли. Спасайтесь!»
В помещении возникла гробовая тишина. Каждый обдумывал то, что только что услышал. Но причём здесь Урадо? Кто он и почему призраки так часто произносили его имя? Наше размышление прервал стук в окно, от которого многие из нас резко вздрогнули.
Посмотрев на источник звука, к общему удивлению, мы обнаружили Мадоку, что махала нам с улицы. Эта женщина вообще спит?
— Мадока! — на повышенных тонах говорил Нару. — Я же просил тебя не приходить!
— Естественно я пришла! — фыркнула Мадока, обиженно отвернувшись. — Потому, что опасности не было. Я же не так глупа, как Нару.
— Опасности не было?.. — засомневался Сибуя.
— Потому что это детская площадка! — отозвалась девушка. Все посмотрели на неё, как на ненормальную, но Мадока тут же поспешила объясниться. — Во время выполнения просьбы Розы-сан, я наткнулась на детскую площадку. Сад вокруг этого дома довольно большой, так? Так что окрестные дети часто использовали её, как спортплощадку, играя здесь в футбол или бейсбол. Хотя, по понятным причинам, после февральского инцидента с исчезновениями, они перестали сюда приходить. И само собой, никто из этих детей не пропал. Другими словами, территория вокруг особняка безопасна. Опасность таится в самом доме. Ладно, — вздохнула девушка, доставая из кармана свой записной блокнот. — Перейду к последним событиям. Ацуги-сана в округе тоже никто не видел. Ни автобусом, ни такси он не пользовался. О членах семьи Мияма тоже удалось узнать не так уж и много. Сперва о господине Канеюки… Похоже, он отличался довольно суровым нравом. Известен случай, когда один из рабочих прядильной фабрики украл зарплату рабочих… Естественно, его тут же уволили. Но этим дело не ограничилось. Его старшего сына, который тоже работал на той же фабрике, так же уволили. Так же как и третьего сына, работающего в госпитале. Ко всему прочему, дом, в котором они жили, принадлежал господину Канеюки. Так мало того, что их выселили из дома, так и семья дочери того работника так же была выставлена на улицу. Как и его родители, арендовавшие у господина Канеюки земельный участок.