"— Да, мама."
Моя мама ожидала любви, но в итоге стала одним из тех, кто был несчастлив в браке. И всё же она любила его, улыбалась ему, обнимала его. Я смотрела на неё вечно непонимающим взглядом из-за этого. Как можно любить мужчину, бросившего тебя сразу после твоих родов?
Я шла в сторону своей комнаты.
Мне нужно больше узнать про Академию.
— Но вам нельзя....
Стоило мне добраться до комнаты, как я увидела нежданного гостя, а рядом с ним Сьюзи.
— Но я хочу!— громко произнес Эрчел.
— Что происходит?
Сьюзи, услышав мой голос, с облегчением вздохнула. Раз они стояли у моей комнаты, то я могла догадаться о намерениях Эрчел.
— Госпожа, дело в том, что...
Не успела Сьюзи договорить, как Эрчел тут же её перебил.
— Эй, впусти меня в эту комнату!
Эрчел выглядел серьёзно. Он стиснул губы, и не отводя глаза, пристально смотрел на меня.
— Неужели ты снова забыл чья эта комната?
Этот мальчик такой упорный, совсем непохожий на меня. В один миг он начал дуться. Эрчел посмотрел на меня, и словно бы набрав всю свою храбрость и риск, он быстро проговорил.
— Ты скрываешь свою кошку только от меня?!— он был готов расплакаться. По крайней мере мне так почудилось. —Почему ты ненавидишь меня?!?!?!
Он взглянул на меня своими сверкающими глазами. А потом, увидев впервые моё пустое безэмоционально холодное лицо, его плечи вздрогнули, а лицо покраснело от стыда.
—...П-про-сти...?
Сьюзи в стороне уже хотела отвести ребёнка в свои покои, но, казалась, ей этого не нужно было делать. Эрчел молча развернулся и готов был уйти, пока...
— Эрчел!!
Внезапно я услышала знакомый голос. Из ниоткуда появилась невысокая для своего возраста девочка. На ней были драгоценные сережки из чистого серебра и цветочное платье из прекрасного шёлка.
— Сестра Юдит?— мальчик, услышав сестру, подбежал к ней и с волнением начал расспрашивать её.— Что случилось? Почему ты здесь…?
Юдит с раздражением пожаловалась.
— Эрчел, почему ты снова ослушался слов матушки?— Она беспокойно начала поправлять воротник рубашки. — И как только мама тебе всё прощает...?
Юдит серьёзно взглянула на беспечного младшего брата. Она обратила внимание на взъерошенные волосы Эрчел. На то, как его одежда смята...
— Здравствуй, Юдит.
Вдруг глаза девушки приподнялись, услышав мой голос. Она смотрела на меня как на постороннего.
— З-здравствуй. — после, Юдит переглянулась на меня и на Эрчел. — Идём, мама с тобой хочет поговорить.
— А-а хорошо.
Юдит потащила младшего брата так же, как и полтора месяц назад Рафаэль её. Чувство дежавю охватила меня. Интересно, после этого дня Эрчел будет таким же холодным ко мне, совсем как Юдит и Рафаэль?
В итоге, когда Юдит узнала о моем вранье с оранжереей, она отдалилась от меня и будто те её слова в саду потеряли искренность и правду.
"— Я т-тоже всегда хотела с-сестру."
Моё лицо, лишённое эмоций, просияло в улыбке. Если трое детей будут плохо относиться ко мне, в будущем у меня хорошо получится манипулировать ими, как безмозглыми марионетками. Разве это не весомый аргумент вышвернут их?
Особенно им. Парнем, что сейчас беспрекословно слушается матери. Он станет моей первой целью после обучения в академии. Рафаэль.
6 глава
Между мной и тремя детьми в этом доме с каждым днем возникали новые конфликты. Хотя Эрчел ведь обижается на меня из-за того, что я не разрешаю ему заходить в мою комнату.
Рафаэль меня искренне презирает из-за моего вранья с оранжереей. А Юдит избегает меня и старается не говорить со мной.
А что насчёт их матери? Именно она и настраивает всех против меня. Я в этом уверена. Проходили месяцы, ничего не менялась, правда Юдит начала открыто меня игнорировать. Трое детей стали совершенно наглыми по отношению ко мне.
После я сталкивалась с издевательством со стороны замененной прислуги и Рафаэля. Почему я терпела? Потому что мне нужен был мотив. Рафаэль начал считать себя приёмником, хотя и не являлся кровным ребёнком герцога да и боялся его. Да и стоило мне попадаться ему на глаза как Рафаэль приходил в ярость и всегда при встрече намекал на мои изъяны. На довольно глупые изъяны.
Получается в будущем я могу просто выгнать их из дома, объяснив это тем, что терпела их 'издевки'.
Видно эго мальчишки, как пламя горела каждый день.
'В последнее время мне одиноко.'
Дворецкий много раз оповещал герцога о грубом поведении троих детей ко мне и в конце концов смотрел на меня взглядом, наполненным жалостью и бессилием.