Выбрать главу

Однако за меня заступился Самлан, тоже присутствующий на празднике и видевший мой танец... И смог противостоять бете. В тот вечер, кинув единственный взгляд на него, я влюбилась. Мужественный и с горящими глазами... Он не боялся говорить прямо альфе серых волков, что его наложницу пытались обесчестить против воли... И хоть тот и хмурился, но не пошёл по тому пути, что приготовила для меня Белайла. Но от наказания совсем я тоже не ушла. Была признана распутной, что соблазняет других мужчин... И была отослана на задний двор чистить ночные горшки. Но даже вонь горшков не могла меня отвлечь от мыслей о мужчине, образ которого так легко вошёл в моё сердце... И воспоминание о нём грело мою душу, ведь впервые почувствовала интерес к мужчине...

Глава 4

Хаси-Самлан-Даруш собственной персоной сидел за главным столом в трапезной. Его фигура утопала в сандре*, а лицо благодаря белой мутре* казалось произведением искусства.

А по его правую руку, облачённая в праздничное азартау* и прикрывая улыбку шеймой*, сидела Мриша. Было сложно сдерживать свои эмоции, видя, каким взглядом мой Самлан смотрел на неё. Альхаир слегка прикоснулся к моей руке. Это помогло прийти в себя и остановиться на полшага позади альфы. Женщина - это всего лишь продолжение мужчины... И она должна знать своё место. Так меня учили в стане серых волков... И это никогда у меня не укладывалось в голове.

В нашем клане коричневых волков женщина не только имела право высказывать свою точку зрения не боясь получить за это плетей, но и была наравне с мужчиной. Я так подозреваю, что наше поселение коричневых волков на юге-востоке было единственным, кто так считал. Ибо за эти пять лет, что прошли вне дома я не встретила ни одного, кто бы разделял подобную точку зрения. И было сложно подчиняться, ведь в душе была не согласна.

- Приветствую дорогих гостей на своём празднике! Приглашаю насладиться ужином! - голос Самлана, как и прежде, вызывает мурашки, а его пронзительный взгляд - сражает наповал. Мои чувства никуда не исчезли. Несмотря на все его предательства, и желание избавиться от меня. Эта любовь становится похожа на болезнь. Зависимость. - Присаживайтесь! - он указал на место недалеко от себя, являющееся почётным для гостя.

- Благодарю за приглашение. Позвольте сразу преподнести подарок! - Альхаир сейчас казался совершенно беспечным, но я-то знала, что за всем этим спокойствием идёт оценка обстановки. Эти дружелюбные взгляды и улыбки не стоят ровным счётом ничего. Он взмахнул рукой, и его помощники, что сопровождали его, притащили сундук, размером с меня, который тут же раскрыли. - Это богатство северного края - мрахуа - специя, котороя используется как для благовоний, так и для пищи. Оно редко продаётся, поскольку очень ценится.

- Щедрый подарок! - Самлан не удержался и вскочил с места, дабы самому лично вкусить аромат, исходящий из сундука.

- Это ещё не всё! Для Луны вашего племени у меня есть отдельный подарок, - он хлопнул в ладоши, и его помощники притащили свёрток. - Этот наряд северного племени, хорошо защищает от ветра и непогоды, - еле сдержала усмешку, когда поняла, что за наряд он приподнёс. Это была хуахуа*. Для северо-запада эта часть гардероба является одним из неприемлемых... Ведь здесь очень любят хвастать красотой своих наложниц. А если она одела хуахуа, то это является показателем её красоты. Вернее отсутствием. Что для одного народа - благодать, то для другого - смерть. Лицо Мришы вытянулось настолько от обиды, что моя внутренняя волчица встрепенулась от удовольствия. - Что-то не так? - святая простота Альхаир... Или это он специально?

- Присаживайтесь! Подайте лучшее вино для главы клана белых волков! - Самлан и словом не обмолвился за подарок, но было видно, что ему тоже вторая часть подарка не понравилась. - Ваша женщина может сесть за трапезу на заднем дворе*

- Моя женщина, как и ваша, всегда рядом со мной! - а вот это уже сюрприз. Альхаир не дал мне уйти. Оставил рядом с собой. А ведь я надеялась раствориться в гареме, чтобы воплотить то, зачем сюда явилась.

- Нужно уважать правила тех, в чей дом ты пришёл!-один из приглашённых решил раздуть более весомый скандал.