Бессмысленность.
Кружат кузнецы,
В танце работы,
Ударами молотов
Крушат заботы!
О хлебе, воде и всем насущном.
За это воюют пусть там,
Пусть там…
Берущий без меры –
Отдаст сполна.
Плывущий без цели –
Пригнись! Волна!
Быть может, этот знак нам свыше?
Что мартовских котов у нас не видно,
Но видно голубей.
Природе, да и мне, не так обидно –
Коты у нас ютятся одиноко, в подвалах слякотных,
В весенних склоках…
Не всякий доживает до весны,
От этого и крики их не так слышны.
Наверно, разбирают тех, которые смешны?
Красивы, статны…
Природой в роли человека бываешь ты оправдан…
Уменья ждать – котам, а голубям – тепла.
Не разделяю я ни для кого добра.
Что приручили – сами виноваты.
Но как не приручить, коль столько нам дано?
Труба – тепло, кино, вино.
У них лишь только когти, клювы, перья,
Закрытые проемы, да поверья…
Пусть черный кот, ты слабого не тронь,
К чему бояться – это не огонь…
Предупреждение просто – там был кто-то…
Вот кот перебежал,
Но это не охота.
А голуби гурьбою утепляют крыши
И трупами лежат – быть может, знак нам свыше?
Нам нужно понять, и дурное скрывать
Нам нужно понять, и дурное скрывать,
Чтоб радостью ближним вокруг помогать,
А боль пускай в нас, потерпите немножко,
Когда помогаешь – помогут тебе,
И малая польза, вернувшись ответной –
Приятно по сердцу бывает вдвойне!!
Разумности ищи
Разумен ты чего хотеть иного?
Разумности себе ищи,
Чтоб сердце обновлялось в новом.
Не стой на льду, когда он под ногой трещит.
Сжигать огнём воображения
Сжигать огнём воображения -
Картины, видео, ряд слов,
И с новой силой обретаться…
Нова!!
Надежнее стяжать любовь!
Не смотри в грязные лужи
Смотря в отражение грязной лужи,
Мы видим и грязь.
Но как доказать ей, что она искажает,
С ней не борясь?
Мы прыгаем в лужи,
Порой и ненужно, порою смеясь.
Но лужи бывают значительно глубже –
Не смейся, лягушкой варясь.
Стоит на крыше человек
Стоит на крыше человек,
Сомненьями обвит.
Желает сократить свой век –
Сменять на боли миг.
И вдруг, откуда не возьмись,
По воздуху к нему идет
Сам Сатана… Мир, разразись! –
В лицо глядит и ждет.
Глядит он снизу на тебя,
Асфальтом он блестит,
Как острая глаза игла,
И страхом мозг кипит.
И вот уж бледен человек
С своем смешном трико,
И солнца диск уже померк,
И стало вдруг темно.
А дождь, зараза, моросит,
И зубы, как тиски,
И человек дрожит, стоит.
В нем больше нет тоски.
Она отстала от него,
Отпала от бела.
От раскаленного огня
Вскипела, как смола…
И ты, мой друг,
Возьми испуг,
Когда тоска затянет в круг,
Его не выпускай из рук.
Тишина-кошка
Тишина опала в листья,
Снегом занесла луга.
Тишина сожгла всё письма,
В сердце кошкой залегла.
Там она уснула сладко,
Не мяучит, не шипит.
В сердце натолкала ваты,
Будто век она там спит.
Хоть кусни меня, царапни,
Что ж, и мне во тьме лежать?
Тесно поджимая лапы,
Больше ничего не ждать?
На неё смотрю, любуюсь,
Тихо свой топор точу.
Мышку я найду шальную –
Тишину ей отвлеку.
Только кошка глаз откроет –
Спящего нельзя будить –
Мой топор её накроет:
Хвост хочу ей отрубить!..
Фульгурит
Пишу и стираю,
Играю, ищу.
Вот грация юного грома
И молнии цепь разрубает. Зарю
Над крышей знакомого дома
Роняет, петляет, железо вздымает
Промокший протыренный ветер
И свет, прорываясь сквозь туч полынью
В глаза, будто ты в ответе –
За вечер игривый,
За ветра порывы,
Что нервов надрывы
Лечит.
И туча басисто поет на звезду,
И молний фульгуры
Мечет.
ХИ РО
И молнией порождено было живое.
Перун был знаменем любого воя,
Но стало не хватати мочи –
Грехи неверных закрывали очи.
Явилось нам тогда спасенье –
Нам ХИ РО стало обновлением:
На стягах Куликовской брани
Мы змия лютого попрали.
Чем-то пахнет, осень в дыры
Чем-то пахнет, осень в дыры
Моего окна заносит.