«Вкуснота!» – от удовольствия девушка прикрыла глаза и едва не замурлыкала.
Пока окружающие стояли с открытыми ртами, россиянка наслаждалась выпечкой.
– Вижу, вы хорошо себя чувствуете, – произнёс лорд Люциус. Он, как всегда, сохранял невозмутимость, но девушке казалось, что внутренне мужчина усмехался.
– Шудэшно! – заверила его Тася с набитым ртом.
Тут одна из прибывших девушек пришла в себя и, видимо, вспомнила, о приличиях.
– Вы в ночнушке, – заметила старшая из сестёр Гринграсс.
Россиянка пару раз хлопнула глазами. Не то, чтобы замечание её обидело (её в принципе в тот момент сложно было обидеть), просто волшебница соображала, о чём речь.
– А! Ну, значит, теперь это – дневнушка! – отмахнулась от претензии волшебница.
И тут взгляд девушки упал на тарелку маффинов, которые в тот же миг повысили ей и без того отличное настроение. Ничтоже сумнившись, россиянка подхватила тарелку и заявила.
– А давайте устроим пикник? Сегодня такой день хороший!
Теодор Нотт смерил её странным взглядом и произнёс.
– На улице дождь, – спокойно, как душевнобольной, заметил он.
– Какой дождь? – несказанно удивилась Тася.
В её планах не было никакого дождя.
– Обыкновенный, – продолжал пояснять юноша, – мокрый.
Тася повернулась к открытым дверям, от которых тянуло прохладой. Дождь действительно лил, и прекращаться не думал.
– Она совсем обалдела.. – потрясённо произнесла девушка в дневнушке.
– Кто? – переспросил Теодор.
– Погода. Совсе-е-е-ем, – гостья менора покачала головой и нечто в её голосе неуловимо поменялось.
Не успел наследник Ноттов уточнить, что имела ввиду россиянка, как ему всучили блюдо с кексами.
– Подержи-ка.
От неожиданности волшебник взял тарелку, а Тася решительно направилась к выходу.
Волшебница вышла на террасу и взглянула на сизые тучи. С упрёком взглянула.
– У меня тут, – начала она голосом, не терпящим возражений, – можно сказать, праздник, а ты?! Ты какого хрена творишь, вообще!!!
Заинтересовавшийся народ стянулся поближе к террасе, но, справедливости ради, слышно было и в холле. Просто любопытством в той или иной степени страдали все люди на земле, и наследники домов – не исключение. Впрочем, они не пожалели.
– Если не знаешь, когда правильно лить дожди, то нечего и начинать! – заявила россиянка тучам. – А ты, небо, куда смотришь? Почему не следишь? Ты же старше! Короче, мне чтобы солнце было!
*****
– Оба-на, предъява, – заметил младший Лестрейндж.
– Разве Тесс всегда такая? – спросила Дафна. – Мне казалось иначе.
– Ну.. обычно в меньшей степени, – подумав, согласился Драко.
– Становится всё интереснее, – а вот Тео наслаждался представлением.
*****
Громыхнул гром, сверкнула молния.
– А я говорю, солнце! – упрямо продолжала россиянка.
С неба обрушилась стена дождя.
– Ах та-а-а-ак! – протянула девушка, и её голос приобрел зловещую окраску. – Если ты сейчас же. Не выкатишь золотой шарик. То. Я. Перестану. Защищать. В этом мире. Добро. И. Свет. Хочешь?!
Природа притихла. Окружающее с удивлением прислушивалось к угрозе, словно не веря, что девушка действительно это сделает.
– Я разочаруюсь, – спокойнее произнесла волшебница, и из её глаз покатились слёзы. – Разочаровываюсь уже прямо сейчас! У тебя совсем нет совести. На меня плевать, хотя у меня тоже сегодня праздник, – с обидой произнесла россиянка. – Но! Я не стану защищать этот мир, если ты не хочешь помочь моему другу и его невесте! Совсем что ли без ума?
Вокруг новоявленной Светлой затрепетали ленты светло-зелёного цвета, чем-то напоминающие молодую траву и листву на деревьях. А сама девушка смотрела в небо и сжимала кулаки. По щекам катились слёзы. Губы дрожали. Но взгляд был решительным.
И небо.. поверило. Дождь явно пошёл на убыль, а через пару секунд прекратился вовсе.