– Спасибо, – в очередной раз, повторяю я. – Твой поступок очень важен для меня и моей семьи.
– Арман, в скором времени и ты, – прикасается ладонью к моей груди, и, кивая в сторону столовой, более восторженно заявляет, – и твоя семья, станут моими родственниками. – А благодарить за помощь членов своей семьи, это как ты неуместно. Мне даже неловко от твоих слов.
Глава 3. Артур
Тихим неспешным шагом заходим в помпезную и роскошную столовую. Дорогостоящие натуральные материалы вызывают восторг и неподдельное восхищение. Не впервые нахожусь в данном помещении, но всегда поражаюсь декоративностью изделий авторской работы, в которой много лепнины, росписи, специфической цветовой палитры. Это царство золотисто-бордовых оттенков. Глядя на шедевр невозможно избавиться от мысли, что стоишь в королевских чертогах.
– Идеальное место для званных семейных вечеров или уютных торжеств, – тихо произношу я.
Арман сдержанно улыбается и, мягко оглядывая присутствующих за столом, озвучивает, – добрый день. Прости за опоздание. Вынуждены были задержаться. Ещё раз приношу свои извинения.
Марина нежно поднимает белоснежные щёчки и ласково отвечает, – добрый день. Ничего страшного, тем более что опоздали вы всего на несколько минут. Хотя при этом, мой дорогой муж, оборвал весь телефон.
Арман указал рукой на обильно сервированный стол и вежливо предложил, – прошу, дорогой гость, присаживайся. Если у тебя есть какие-либо особые предпочтения, ты их озвучить. По мере возможности, с радостью, выполним все твои пожелания.
– Благодарю, любое ваше блюдо превосходно, – медленно подхожу к столу и бегло осматриваю семейство.
Марина, восседая во главе, продолжает доброжелательно улыбаться, Клара смущённо опускает уголки губ и исподлобья, украдкой бросает на меня встревоженный взор. Ловлю себя на мысли, что в этом взгляде отсутствует ненависть или злоба, скорее, наоборот, завуалированное кокетство и ласковое заигрывание.
Маленький лучик надежды на благополучное будущее зарождается в моём сердце. После длительной разлуки она стала ещё более прекрасной и желанной. Хотя, даже на расстоянии, чувствовал её боль и угнетение. На долю моей любимой женщины выпало столько невзгод.
Чёрт побери! А я ощущал себя таким беспомощным!
– Дядя, – оглушительный крик раздаётся в столовой, Азалия словно взбешённое независимое пёрышко, подхваченное сильным порывом ветра, вскакивает с места. – Спасибо, я не голодна, – девчонка окидывает меня лютым взглядом и, сверкая глазками, спешно покидает помещение.
– Азалия, подожди, – следом поднимает сопляк Мухаммед и торопливой походкой направляет к девушке.
Арман сурово смотрит на племянницу и, сжав руки в кулаки, командует, – немедленно вернитесь на место. Азалия, прояви уважение к старшим. И к нашему гостю, – мужчина покосился в мою сторону.
Дядя Азалии кивнул головой, выражая своё смущение.
– Немедленно вернись, – более мягко потребовал он. – Не забывай, Азалия, что в нашем доме мы всегда выражаем уважение и почтение гостям.
– Дядя, этот человек не может быть гостем нашего дома. Это издевательство над семьёй. Я не собираюсь участвовать в этом.
Капризная, надменная девчонка свирепо топнула ножкой.
– Это всё цирк. Фарс. А я вовсе не клоун.
На лице Армана молниеносно отразился звериный оскал.