Проклятое наваждение!
Поднимаю задумчивые глаза и встречаюсь с проницательным взором Клары, девушка медленно опускает реснички и продолжает увлечённо есть аппетитное блюдо. Затем касается салфеткой уголков губ, удаляя незаметные крошки пищи.
– Клара! Впервые за три года могу так близко находиться с любимой женщиной. Любимая женщина, – блаженство и тепло разливает по моей душе. – Конечно. Точно. Определённо. Мои эмоции связаны с Кларой. Азалия, её дочь, соответственно я забочусь о девушке и воспринимаю её как падчерицу. Всё правильно. Объяснимо и должно больше волновать моё сознание.
– Спасибо, всё было очень вкусно, – вновь раздаётся миленький голосок Азалии, который звучит теперь более робко и неуверенно. – Но прошу позволения, покинуть вас. У нас ещё не закончились занятия. Не хотелось бы задерживать профессора.
Клара с грустью обращается к дочери, – милая, но ты почти ничего не съела. Да и к тому же десерт приготовили специально для тебя. Хотели порадовать. Останься, пару минут никого не спасут. Прошу тебя. Сделай это для меня.
– Пусть идёт, – грубо произносит Арман. – Думаю, Азалия права. После обучения, если захочет, покушает. Правда, в гордом одиночестве. Хотя, не удивлюсь, что её раздутое самомнение составит ей компанию.
– Азалия, а что за профессию ты желаешь освоить? – сам не знаю почему, решил задать вопрос, ответ на который мне был уже известен. Арман посвятил меня в планы племянницы, но почему-то мне захотелось услышать её интерпретацию. Понимал, что безобидный с виду вопрос, обыкновенное любопытство или даже вежливый интерес, чтобы поддержать беседу, будет воспринят гордячкой как провокация. В вопросе она обязательно найдёт подкол и намёк, что архитектура совершенно неженское дело. Но иду на умышленный конфликт, обостряя ситуацию.
Взгляд Азалии «убил» меня, глаза потемнели, правильные черты личика исказила злобная гримаса. Не меняя выражения, шевеля нежно алыми пухлыми и невинными губками, озвучила, – архитектор. Планирую стать архитектором, – жеманно повторила она, снисходительно произнося каждую букву, лишний раз, объясняя смысл своих слов, пытаясь унизить мои умственные способности.
Ехидная усмешка пробежала по моим губам, язвительно протараторил, – архитектор. Весьма, женская профессия. И что же вынудило тебя выбрать такую профессию?
Наше противостояние усиливается, грозясь перейти в активные действия. Девушка молниеносно охватывает взором столовые приборы, действуя инстинктивно, откидываюсь на спинку стула, готовясь к конфронтации, при этом занимая оборонительную позицию.
– Азалия, ответь на вопрос. Твоё молчание становится неприлично долгим, – сквозь зубы цедит Клара.
Странно, что она принимает мою сторону и так реагирует на происходящее.
– Мне нравится данная профессия, – переступая через ущемлённую гордость, вежливо отвечает девушка. – Очень нравится. Мне она кажется интересной. Такой ответ тебя устроит, Артур.
– Лаконично, – и снова едкое замечание с моей стороны.
Не могу отказать себе в удовольствие, наслаждаюсь гневным поведением девушки. С таким темпераментом, ей точно нужно было родиться в европейской стране, в мусульманском мире она не выживет.
– Господин Артур, Азалия продемонстрировала отличные способности в архитектурном деле. У неё талант, причём международного масштаба, – неприятный тонкий женоподобный голосок режет мой слух. Мухаммед поднимает с места и поклонившись гостям, добавляет, – прошу и меня простить, но я, так же, как и Азалия вынужден покинуть вас. – Большое спасибо, трапеза была выше всех похвал.