Я с м и н. О госпожа, мне недоставало только твоего присутствия там.
Ж е н а в е з и р я. Недаром говорят, что взгляд в зеркало, посещение бани и слушание пения прекращают заботы и размышления. (невольницам) Пойдемте в баню! (двум невольницам) Не давайте никому войти к девушке!
Н е в о л ь н и ц ы. Внимание и повиновение!
Ж е н а в е з и р я уходит в баню. Возле двери в комнату остаются две невольницы.
По коридору идет Н у р - а д - Д и н, в руке у него листок со стихами. Он подходит к невольницам.
Н у р - а д - Д и н. Матушка у себя?
П е р в а я н е в о л ь н и ц а. Нет, она пошла в баню.
Н у р - а д - Д и н. Жаль, а я хотел почитать ей новые стихи.
П е р в а я н е в о л ь н и ц а (шепотом, второй невольнице). Вовремя госпожа успела уйти.
Я с м и н, услышав голос Н у р - а д - Д и н а, выглядывает из комнаты.
Н у р - а д - Д и н (удивленно). Ты?
Я с м и н. Да.
Н у р - а д - Д и н. Тебя мой отец купил для меня?
Я с м и н (поколебавшись секунду). Да.
Н у р - а д - Д и н. Я все время вспоминал тебя. Вот стихи написал. Послушай:
Явилась она как полный месяц в ночь радости,
И члены нежны ее и строен и гибок стан.
Зрачками прелестными пленяет людей она,
И алость ланит ее напомнит о яхонте.
И темные волосы на бедра спускаются,
Смотри берегись же змей, волос ее вьющихся.
И стрелы очей она пускает из-под ресниц
И бьет безошибочно, хоть издали бьет она.
О, прелесть ее! Она красоты затмила все!
О, стан ее! Тонкостью...
Я с м и н, которую утомили стихи, решительно приближает его к себе, целует в губы. Н у р - а д - Д и н роняет листок, обнимает ее и увлекает к себе в комнату.
П е р в а я н е в о л ь н и ц а. О, горе! Будет нам теперь от госпожи!
Проходит два часа. Ж е н а в е з и р я возвращается из бани. Невольницы падают перед ней на колени.
П е р в а я н е в о л ь н и ц а. Госпожа, прости нас.
Ж е н а в е з и р я. Горе вам, что случилось?
В т о р а я н е в о л ь н и ц а. Наш господин Нур-ад-дин...
По коридору идет Я с м и н.
Ж е н а в е з и р я (Ясмин). Что случилось?
Я с м и н. О госпожа, я сижу, и вдруг входит ко мне красивый юноша и спрашивает: «Тебя купил для меня отец?» И я отвечала: «Да!» - и клянусь Аллахом, госпожа, я думала, что его слова правда, - и тогда он подошел ко мне и обнял меня.
Ж е н а в е з и р я. А говорил он тебе еще что-нибудь, кроме этого?
Я с м и н. Да, и он взял от меня три поцелуя.
Ж е н а в е з и р я. О горе мне! (начинает плакать, бить себя по лицу)
Входит везирь А л ь – Ф а д л.
А л ь – Ф а д л. О, женщина, что случилось?
Ж е н а в е з и р я. Поклянись мне, что то, что я скажу, ты выслушаешь!
А л ь – Ф а д л с женой уходят в ее комнату.
Через некоторое время оттуда раздаются крики и плач А л ь – Ф а д л а.
По коридору идет Н у р - а д - Д и н, подходит к комнате матери. Прислушивается. Услышав крики, быстро на цыпочках убегает в свою комнату.
А л ь – Ф а д л бегает по комнате, заламывает руки, хватает себя за голову — он в состоянии сильнейшей истерики.
Ж е н а в е з и р я. Не убивайся, я дам тебе из своих денег десять тысяч динаров, ее цену.
А л ь – Ф а д л. Горе тебе, не нужно мне ее цены, но я боюсь, что пропадет моя душа и мое имущество.
Ж е н а в е з и р я. О господин мой, а как же так?
А л ь – Ф а д л. Разве ты не знаешь, что за нами следит враг, которого зовут аль-Муин? Когда он услышит об этом деле, он пойдет к султану и скажет ему: «Твой везирь Аль-Фадл, который, как ты говоришь, тебя любит, взял у тебя десять тысяч динаров и купил на них девушку, равной которой никто не видел. И когда она ему понравилась, он сказал своему сыну: «Возьми ее, у тебя на нее больше прав, чем у султана». И тогда султан...
Двери распахиваются. Входят стражники, а за ними — черный от гнева С у л т а н.
За ним злорадствующий А л ь – М у и н.
С у л т а н. Собака среди везирей! Вот как ты мне служишь!
А л ь – М у и н. О господин, ты знаешь, что я тебе искренний советчик, но только нет мне счастья.
Стражники начинают бить А л ь - Ф а д л а. Он вопит.
Вдруг С у л т а н, стражники и А л ь – М у и н исчезают — это все привиделось А л ь - Ф а д л у от страха. Он рыдает на плече жены.
Ж е н а в е з и р я. Не дай никому узнать об этом – это случилось втайне – и вручи свое дело Аллаху в этом событии.
А л ь – Ф а д л (рыдая). Но Аль-Муин. Он обязательно расскажет все султану.
Ж е н а в е з и р я. Тогда мы попросим помощи у нашего Халифа Харуна аль-Рашида. Он справедлив, мудр и добр, как говорят о нем все, кто его знает.
ЭПИЗОД ПЯТЫЙ
Багдад. Вечер. Огромный, очень красивый и ухоженный сад.
Возле реки стоят Х а л и ф с Д ж а ф а р о м и Ш е й х И б р а х и м, дряхлый старик.
Ш е й х И б р а х и м склонился перед Х а л и ф о м в поклоне.