– Да, если сравнивать этих двоих, то у Стеллы больше шансов быть похищенной, чем у Артура. И точно ли его похитили? Вот это-то и не даёт покоя. Знать бы, с чем мы имеем дело.
– Я ещё раз ознакомился с картами Айдэна, сделанными из космоса. Примерно в трёхстах километрах от Цензирада есть достаточно большая пустыня. Там вполне мог приземлиться незамеченный со станции космический катер. Что если неведомые люди проникли на Айдэн именно так?
– А потом они случайно столкнулись с Артуром и Стеллой, и всё кончилось трагедией? – продолжил его мысль Рэм.
– Разве такое нельзя предположить?
– Можно. Но Том, ты лучше меня знаешь, как рьяно охраняется Айдэн с космоса. На орбитальной станции обязательно заметили бы нарушителя.
– Вот потому, что я ознакомился с этой системой, я знаю, что лазейки есть. Корабль – нет, а вот катер вполне мог проникнуть на Айдэн незамеченным.
Рэм встревоженно посмотрел на друга:
– И ты думаешь, что кто-то орудует тайно в лесах Айдэна? Но если и так, то как могли неопытные люди, не знакомые в тонкостях с опасностями планеты, ходить по ней? Большинство попадает в беду, едва выйдя за пределы Цензирада. Да и пройти сотни километров по смертельно опасным местам – ради чего такой риск?
– А это уже другой вопрос.
– Если они и хотели кого-то похитить, то, пока добрались бы до Цензирада, сами бы много раз могли погибнуть.
– Вот это мы и выясним, и очень скоро.
Рэм, вернувшись в дом Лифурни, снова навестил Стеллу. Она, казалось, и не собиралась подавать признаков жизни. Только её кровь, не застывшая и постепенно восстанавливаемая организмом, свидетельствовала о том, что смерть обошла терианку стороной.
– Я постоянно ввожу ей питательные растворы, – сказала Лавита зэрграверянину, поменяв очередную капельницу. – Вроде бы, даже сердце стало биться чуть сильнее, но она сама остаётся очень холодной. Я не могу согреть её даже самыми тёплыми одеялами.
– Так и должно быть, – ответил Рэм. – Всё в порядке, о её температуре не заботься.
– Почему?
– Териане более хладнокровные, чем земляне, поэтому она не может быть сейчас достаточно тёплой, да ещё и с такой потерей крови. Но вот если у неё начнется жар, это станет для Стеллы опаснее перерезанного горла.
Лавита с растерянностью посмотрела на Рэма:
– Я не могу брать на себя такую ответственность.
– Почему?
– Я ничего не знаю о терианах, вернее об их организме. Она, на первый взгляд, ничем от нас не отличается, но то, что ты мне только что сказал, тревожит меня. Что если я сделаю непростительную врачебную ошибку?
– Сейчас просто не допускай, чтобы её температура повысилась до критической. Она должна быть чуть ниже, чем у нас с вами.
Дав ещё несколько советов, Рэм вернулся в комнату, которую семья Лифурни отвела для Группы Риска.
Том не собирался отдыхать. Он складывал в походную сумку самые необходимые вещи и, пока что отключенные, оружие и приборы.
– Нам понадобится огнестрельное и холодное оружие, – сказал руктаорец. – Паралитическое не будем даже включать, если не возникнет крайней надобности. А ещё нужно взять медикаменты и фотоаппараты, такие, какие брала с собой Стелла, она знала, что местность полезно поснимать. Возможно, эти кадры покажут впоследствии то, чего не увидели люди.
– Том, – обратился к нему зэрграверянин.
Руктаорец посмотрел на врача. У того был отсутствующий вид. Он, погружённый в свои мысли, казалось даже не слышал того, что Том сейчас говорил.
– Я думаю, ты должен остаться в Цензираде, – продолжил Рэм.
– С чего бы это? Мы тут на задании, а не на отдыхе. Я не буду бездельничать, пока другие рискуют. Нас ждёт не прогулка по раю, а опасный и непредсказуемый поход.
– Необходимо, чтобы кто-то остался тут.
– Зачем?
– Стелла может очнуться в любую минуту.
– Хорошо бы это произошло поскорее, тягостно на всё смотреть.
– Том, ты должен остаться, – повторил Рэм. – Когда Стелла придёт в себя, как ты думаешь, что она почувствует? Какими будут её первые мысли, ощущения? Какие воспоминания всплывут первыми? Что она испытает после всего, что с ней произошло? Шок? Боль? Страх?