– Более того, Рэм признался, что это он организовал все эти похищения.
Эта фраза руктаорца окончательно добила Кипса. Теперь и он уже имел вид проигравшего.
– Сам признался… До чего же всё дошло… – произнёс Кипс. – Это и объясняет, почему похитители не попались ни на одну уловку полиции и патрульных. Рэм знал все методы, ведь сам работал не один год на ЦМБ.
– Нет, они не реагировали на провокации вовсе не потому, – возразил Том. – Просто среди полиции или патрульных есть кто-то, кто напрямую связан с похитителями и помогает им. Этот информатор и предупреждал их обо всех ловушках. Но то, что сделали мы со Стеллой, никакой стороной не относилось ни к полиции, ни к патрульным. Всё выглядело неподдельным, настоящим, поэтому они и попались на эту удочку.
– Информатор? Среди служителей закона? Я даже не подумал об этом.
– Мы просто догадались о такой мелочи, когда вы намекнули, что Рэм причастен к похищениям. Другие же следователи об этом пока не знают?
– Верно, все полагают, что в это дело не замешан никто, кто прежде служил закону. О том, что Рэм стал преступником, пока никто, кроме вас и меня, не знает.
Том пристально посмотрел на Кипса и сказал:
– Вы ведь держите это в секрете не из-за своей репутации? Господин Кипс, вам же не безразлична судьба Рэма, не так ли? И потому, как и мы, втайне не теряли надежду. Поэтому вы только нам рассказали о своих подозрениях насчёт него, а все остальные пока уверены, что он всё ещё служит закону.
– Да, я хотел, чтобы вы остановили Рэма и спасли, пока не поздно. С каждым днём он роет себе яму всё глубже. Ещё немного, и его уже никто не оправдает.
– Тогда вы должны знать и причину, по которой он начал так себя вести.
Кипс с трудом скрыл замешательство. Он точно знал больше, чем говорил оставшимся от Группы Риска-III, да и вообще служителям закона.
– Я думаю, на этом мы можем закончить наш разговор, – неожиданно заявил Кипс после короткой паузы. – Просто забудьте обо всём и больше не вмешивайтесь в это дело.
Стелла, услышав подобные слова, вздрогнула и подняла голову.
Том с удивлением посмотрел на Кипса, а потом с затаённой угрозой предупредил:
– А если мы не остановимся, что тогда?
– Тогда я не ручаюсь за последствия.
– Рэм сказал Стелле тоже самое. Он просил просто забыть о нём. Но мы с таким исходом этой истории не согласны.
– У вас что, дел больше нет?! – рявкнул Кипс, казалось, он сейчас всеми силами хочет сменить тему.
Но Том оставался непреклонен:
– Никто без серьёзного повода вот так просто не меняет своего поведения. Причина, по которой так резко изменил свой образ жизни Рэм – она же вам известна, да?
– Том, не лезь не в своё дело. Да что вы вообще знаете о Рэме, чтобы защищать его?
– Но мы не знаем ничего, чтобы и обвинять его. Столько лет мы были как одна семья, а теперь вы предлагаете просто разорвать нашу дружбу и записать Рэма в число врагов?
– Забудьте о нём.
– И не подумаю, по крайней мере, до тех пор, пока не докопаюсь до истины, – с завидным упорством стоял на своём Том. – Что-то должно существовать, что толкнуло Рэма на всё это. Он же не просто аэромобиль угнал, а организовал массовые похищения людей.
– С этим разберутся следователи.
– Я тоже не останусь в стороне. Следователи не знают даже того, что знаем мы. Вы ведь так до конца всю информацию им и не раскрыли. Более того, даже поспособствовали замести оставленные нами следы наших ночных деяний.
– Том, последний раз предупреждаю – не испытывай моего терпения, всему есть предел! Вам просто надо понять это, принять и смириться. Уже ничего не измените ни вы, ни я.
– Принять то, что друг стал преступником? – возмутился Том. – Опустить руки, смириться, и не сделать ничего, чтобы спасти его? Да кто я после этого буду?!
– Рэм сам избрал свой путь, просто смирись!
В их перепалку неожиданно вмешалась Стелла. Она положила руку на холку Тибо и, медленно поглаживая его, произнесла:
– Даже самый добрый пёс может стать убийцей, если его спровоцировать. Какой бы милой и преданной не была собака, если её бить, она, в конце концов, начнёт кусаться и потеряет навсегда доверие к хозяину.