Наконец, все приготовления были завершены, споры улажены, паланкин подан и, пусть и с некоторым опозданием, принцесса Альдеруса отправилась в путь. Изабелла, волнуясь, то и дело поторапливала своих носильщиков, которые хотели шествовать важно и достойно нести почётную гостью Йсенита. Телохранители чуть ли не бегом уже бежали за опытными носильщиками, но Изабелле казалось, что паланкин разве что на месте не стоит. Она то и дело выглядывала из-под полога, в ожидании скорее увидеть долгожданную площадь. Две её служанки, которые тоже находились со своей госпожой в паланкине, сидели напротив неё на многочисленных мягких подушках. Обе девушки выглядели немого напуганными, их эта внезапная прогулка не слишком-то радовала. Тем более всё произошло так скоропалительно и без должной подготовки. Едва успевшие собраться, теперь уже во время пути они поправляли друг на друге национальные одеяния, исправляли огрехи в причёсках. И при этом ещё следили за Изабеллой, которая не могла усидеть спокойно на месте и то и дело выглядывала наружу, поднимая то с одной стороны, то с другой занавески и рискуя свалиться с мягких подушек на деревянную мостовую.
Путь выдался каким-то поспешным, вовсе не приличествующим, по местным понятиям, поездке такой важной персоны, как альдерусская принцесса. На Йсените не принято было спешить, ведь кругом царила атмосфера тёплого семейного праздника. А сегодняшняя погода будто расщедрившись, подарила к полудню необыкновенно яркое солнце.
Солнечные лучи, проникая через многочисленные, причудливые и неповторимые витражи над городом, озаряли всё вокруг сияющими всеми цветами радуги бликами. Туристы с восторгом фотографировали это чудо, восхищаясь буквально всем. Особенно красиво выглядели воды каналов, фонтанов и небольших озёр, а свет, преломляясь в хрустальных уличных фонарях, создавал ощущение радуги, которая раскинулась прямо среди домов.
Выставка уже началась и привлекла к себе всеобщее внимание. Как йсенитцы, так и гости города хотели посетить это место, а потому к этому району стали стекаться многочисленные пешеходы и паланкины. С каждой минутой становилось всё оживлённее. Люди делились впечатлениями, торговались, фотографировали всё, что только видели. Сюда приходили целыми семьями полюбоваться на невиданные экспонаты. Всевозможные кинжалы, мечи, сабли, шпаги, ножи, стилеты и прочее сверкали на солнце разнообразной сталью и дорогими инкрустациями рукояток и ножен. Многие ждали появление альдерусцев, которые славились тем, что носили при себе очень длинные парные мечи и имели воинственный характер.
Особых гостей в этот день на выставке ждала и Нейман. Не подозревая, что ей готовится очередная ловушка, она явилась едва ли не первой, как только узнала, что Изабелла тоже прибудет сюда. Наученная тем, что стоит быть осторожной, и, так не догадавшись, по какой причине её тогда на празднике пытались остановить патрульные, терианка оделась не как обычно. Своё тёмное одеяние она сменила на длинное, но не терианское, светло-голубое платье. Сделав достаточно изящную причёску, накинула густую голубую вуаль и отправилась на выставку. Свой стилет она не взяла, чтобы не привлекать внимания. Нейман была уверена, что этого достаточно. Ей не хотелось встречаться со служителями закона, от которых ей кто-то помог избавиться с помощью дымовой гранаты. Она не давала себе повода задуматься, зачем и почему её тогда хотели остановить, и кто ей помог. Всё это не интересовало терианку, пока она оставалась независимой и свободной. На Йсените врагов у неё не было, как она полагала, и потому, не желая усложнять жизнь Изабелле и решив помочь Стелле с её заданием, Нейман вела тихую неприметную жизнь, запутав все следы.
Итак, прогуливаясь между многочисленными рядами выставки, которую организовали прямо вдоль берега канала и на прилегающей к нему площади, Нейман коротала время за тем, что рассматривала оружие. Она не подходила ни к кому конкретно и умышленно обошла териан, но всё же не могла отрицать, что её заинтересовали некоторые экспонаты. Купить что-либо она не осмелилась, это могло привлечь не нужное внимание. Даже свой неизменный терианский стилет сейчас она не брала с собой, чтобы не выдавать себя и спокойно погулять. Мода на ношение холодного оружия набирала силу, и потому даже дети зачастую имели на своих поясах ножны с кинжалами или небольшими ножами. Но мало кто мог в случае необходимости воспользоваться этими предметами по назначению. В клинках давно перестали видеть смертельную угрозу, постепенно превращая их лишь в часть современной одежды, приравнивая едва ли не к бижутерии.