Вейд, стоявший за спиной шефа, и отчаянно пытавшийся что-то придумать, чтобы унять его гнев, улучил момент и вставил своё слово:
– Господин Кипс, только что пришёл последний отчёт о случившемся.
Отпустив всех, Кипс взглянул на короткий предварительный доклад.
– Это что? – спросил он, посмотрев на Вейда. – Оправдания или желание замять правду?
– Думаю, сведения не точные, просто предположение насчёт того, что произошло. Не прошло и часа, как следователи приступили к делу.
– Я сам отправлюсь туда. Местные власти слишком наивны, они могут не увидеть корня проблемы.
– Вы не доверяете йсенитской полиции?
– Нет. Распорядись, чтобы кто-то из ЦМБ занялся этим, а ещё лучше, сам возьми под контроль это дело.
– Но я занимаюсь поисками Нейман! – сделал попытку возразить Вейд.
– Одно другому не мешает. Немедленно отправляемся туда. Скажи, пусть выделят нам аэромобиль, не хочу весь день туда пешком добираться.
Учитывая серьёзность ситуации, в этот день, уже совсем не праздничный, но по-прежнему солнечный, над Йсенитом летало множество аэромобилей. В основном они перевозили пострадавших с места катастрофы.
Кипс, прибыв к оцепленному району, ощутил себя так, будто попал туда, где только что совершили теракт. Никого не пропуская, кроме служителей закона, полицейские бдительно охраняли место проведения выставки и помогали выбраться оттуда тем, кто ещё там оставался. Стекло устилало изрешечённую в щепки мостовую, которой понадобится капитальный ремонт. Осколки впились не только в дерево, но и в диваны, ковры, занавесы. Казалось, тут прошёл массированный обстрел. Цветные стёкла, сверкая на солнце, были достаточно густо окроплены кровью. Люди, убегавшие в панике и пытавшиеся спастись от падавших осколков, не все осознавали, что под ногами их тоже подстерегает беда. Кто-то, изорвав обувь, и изранив ноги, потерял много крови, а иные и вовсе были босиком в этот день. Больницы оказались переполнены.
– Похоже на место битвы. И это мирный Йсенит? – негромко произнёс Кипс, обводя взглядом окрестности, его потрясла эта картина.
– Тут не только бились витражи, – сказал подошедший Вейд, он только что переговорил с двумя патрульными.
Кипс вопросительно вскинул брови, ожидая продолжения.
– Вон там, в проулке, – Вейд махнул рукой налево, – пятеро людей дрались на мечах. Очевидцы утверждают, что один сражался против четырёх противников. Вряд ли это участники выставки. Лица у всех были закрыты.
– Кто мог устроить подобный дебош в такой момент?
– Мы стараемся выяснить, но из-за всеобщей паники никто ничего в деталях не запомнил, сказали только, что все пятеро были мужчинами. Вряд ли они просто выясняли подобным образом отношения, да ещё в таком людном месте и при подобном происшествии.
– Ну, так узнай!
– Этим уже занимаются.
– А что насчёт витражей? С какой стати кто-то палил по ним фейерверком? Чьих это рук дело?
– Пока что всё списывают на несчастный случай. Пушки действительно были заряжены и приготовлены для вечернего шоу. Ночью витражи над городом открывают и только тогда устраивают фейерверки. Все меры безопасности в Йсените соблюдаются очень строго.
– Я поверю, что могла выстрелить одна пушка, это ещё можно как-то допустить. Но ведь стреляли все сразу! Сколько их было?
– Десять.
– Десять, – повторил с негодованием Кипс. – И кто-то пытается нас убедить, что это случайность? Выстрелы гремели один за другим, и никто это не остановил? Да в жизни не поверю в такое стечение обстоятельств! Пусть, если это им угодно, успокаивают подобной сказкой местных жителей и туристов, но я не ребёнок, чтобы хоть на минуту в это поверить. Тут же должна была появиться и Нейман… Относительно неё ничего не знаешь?
– Господин Кипс, я как раз хотел об этом поговорить, – несколько неуверенно замялся Вейд.
Весь превратившись в слух от нетерпения, Кипс его поторопил:
– Да не тяни! Нейман тут была?
– Возможно, да. Мы не можем пока этого доказать, но среди следов обнаружен один, который принадлежит человеку голубой крови. Пострадавший убегал в ту сторону, можете сами посмотреть.
– В ту? – переспросил Кипс, указав на проулок. – Это туда, где дрались оставшиеся неизвестными мечники?