У Нейман спросили, куда её доставить, и паланкин двинулся в путь.
Сидя внутри, терианка ни на миг не теряла бдительности. Её немного тревожило то, что она не видела ничего за пределами паланкина. Только свет фонарей, мимо которых они проходили, проникал немного внутрь сквозь ткань. Носильщики шли быстро и профессионально, не раскачивая и не тряся, несли паланкин. Они молчали, но Нейман точно знала, что не они одни отправились в путь. Рядом шёл тот самый парень с мечом.
Не понимая, что происходит, из осторожности Нейман не осмелилась сказать, куда ей действительно надо. Она назвала первую попавшуюся улицу, которую вспомнила. Возможно, это просто её пустые и необоснованные страхи, но тогда почему эти люди сегодня говорили о преследовании? Кто мог преследовать Нейман и почему они это заметили, тогда, как она сама, о подобном даже не догадывалась? Вопросов накопилось много, и найти на них ответ не так просто.
Нейман хотела бы узнать, где её приютили в этот день, но плотные покровы полога не оставили ей никакого шанса приоткрыть эту тайну. Один раз она попыталась выглянуть из паланкина, чтобы хотя бы определить, на какой улице находился этот дом, но стоило ей прикоснуться к портьерам и слегка отодвинуть одну из них, как тут же рядом оказался тот же вооружённый человек и достаточно мягко, но настойчиво, попросил не делать этого. Всё указывало на то, что люди, оказавшие ей помощь, хотели всё сохранить в тайне даже от неё. У самой Нейман тоже имелись причины не говорить всего о себе, и она решила отплатить им той же монетой.
– Пожалуйста, остановитесь здесь, – попросила Нейман, когда они уже полчаса шли в неизвестном направлении.
На её просьбу отреагировали сразу же, как на не подлежащий обсуждению приказ.
«Посмотрим, что будет дальше», – сказала себе Нейман, и решительно отодвинула один из пологов.
Вооружённый парень тут же оказался рядом, как она и думала. Он с плохо скрытым беспокойством, но без всякой враждебности, посмотрел на терианку, явно пребывая в некотором замешательстве.
– Мы ещё не прибыли на место, – сообщил он, немного волнуясь, как будто ему непредвиденно помешали выполнить свою обязанность до конца.
Нейман покинула паланкин, по-прежнему кутаясь в плащ, и сказала:
– Дальше я сама.
– Но…
Терианка смерила незнакомца не терпящим возражений взглядом властной особы и произнесла:
– Просто возвращайтесь домой.
Воспитание, усвоенное с детства, сейчас помогло ей выглядеть уверенной и несгибаемой в своих желаниях.
Это стало преткновением для её невольного охранника, который сейчас оказался, словно между двух противоречивых приказов. Он попытался найти компромисс и выполнить порученную ему миссию до конца:
– Я могу проводить вас, если в паланкине не комфортно.
Нейман поняла, что он тревожится. Это было ясно из того, что весь путь он зорко следил за окружающей их местностью. В это время суток прохожих почти не встретишь, но он не терял бдительности, будто ждал нападения. Нейман чувствовала это напряжение даже сидя за плотными пологами. Уж ей ли не знать этого чувства, когда ждёшь преследования. Но если у них были тайны от неё, она тоже не стремилась доверять всем безоглядно.
– Я дойду сама. Просто уходите.
Произнеся это достаточно твёрдо, она дала понять, что не изменит своего решения.
Юноша махнул рукой носильщикам, и они двинулись в обратный путь без каких-либо протестов. Никаких попыток удержать терианку с их стороны не последовало.
Нейман пошла в противоположном направлении. Умышленно задержавшись за углом одной из улиц, она убедилась, что этот охранник с мечом не увязался за ней.
Достаточно хорошо изучив Йсенит, Нейман определила, где находится. Плащ сыграл хорошую услугу не только в том плане, что скрыл её внешний вид. Перестраховываясь, Нейман решила не идти сразу в своё убежище, а спустилась по широким ступеням к одному из каналов. Сейчас тут было совершенно безлюдно и тихо. Фейерверки в этот день отменили повсеместно, и это послужило причиной тому, что туристы рано кончили свои вечерние прогулки по улицам Йсенита.