– Прикрой лицо.
Впереди показалась пара людей, идущих по противоположной стороне широкой аллеи им навстречу.
– Вот ещё, – ответила так же тихо терианка. – Зачем?
– Разве, не знаешь, что тебя ищут?
– Пусть ищут. Ты ведь тоже в розыске и тебя легче узнать.
Рэм указал на свои чёрные волосы, где он достаточно убедительно подкрасил несколько прядей в седой цвет, что сделало его визуально старше лет на пятнадцать.
– Меня узнать не так-то просто сейчас. Я несколько изменил причёску.
Патрульные и полиция искали зэрграверянина лет тридцати и шестнадцатилетнюю терианку. Разумеется, они не допускали даже мысли, что оба могут быть как-то связаны и даже не знали об их знакомстве, а потому идущие по улице Рэм и Нейман ни у кого не вызывали подозрений. Оружие в их ножнах вообще не привлекало даже внимание прохожих: ведь всем известно, что последние годы в моду вошло носить с собой разного рода клинки. Всё – от маленьких кинжалов и до массивных мечей – люди теперь зачастую использовали, как дополнительные аксессуары своего гардероба. Но по-настоящему владеть подобным оружием могли очень немногие. Это была просто дань последнему писку моды, а потому просто в гуляющих вооружённых людях никто угрозы не усматривал.
– Здесь меня искать не станут, – Нейман уверенно и чуть ехидно бросила взгляд в сторону тех, кто вызвал беспокойство у Рэма. – А вот тебе стоит поостеречься.
– Меня сейчас разыскивают в другом месте.
– Вот как? И где же, если не секрет?
– За пределами города, на космодромах Йсенита.
– Какое совпадение, меня ищут там же.
Рэм немного удивлённо взглянул на свою собеседницу, и сказал:
– Да мы одинаково мыслим. Как у нас много общего, оказывается. И что ты сделала, чтобы тебя искали на космодроме?
– Ничего особенного, – пожала плечами терианка. – Послала запрос на покупку билета до Альдеруса на ближайший рейс пассажирского лайнера. Это даст мне время свободно погулять по городу, и кое-что выяснить. А ты что предпринял?
– Угнал один из кораблей, принадлежавший семье зэрграверян, а после совершил вместе со своими людьми ещё одно похищение многодетной семьи. Во время этого намеренно оставил несколько подсказок, куда якобы направляюсь я и моя банда. Теперь патрульные сплотились вокруг планеты и стараются выявить подозрительный корабль. Через четверть часа с Йсенита в разные стороны улетят сразу три звездолёта, и они не откликнутся на требования остановиться для проверки.
– И что тебе это даст? Их же могут просто сбить.
– Сразу не станут атаковать, просто пустятся в погоню. Но весь фокус в том, что корабли будут на автопилотах и взорвутся, едва по ним сделают предупредительный выстрел, чтобы повредить двигатели.
– Это же будет выглядеть так, будто патрульные, вместо задержания, уничтожили цель. Совесть тебя не мучает?
– Нет, ведь никто не погибнет, людей там не будет. Но вот на какое-то время у меня появится возможность беспрепятственно действовать в Йсените и провернуть ещё несколько дел. Как и тебе, мне надо на время отделаться от охотников за мной и закончить свою миссию.
– А у меня тоже есть миссия? – удивилась Нейман, они продолжили идти рядом.
– Разве тебе не надо выяснить, кто и зачем помог тебе?
– Вот ещё! Зачем мне эти хлопоты? – отмахнулась Нейман.
Рэм только вздохнул, удивляясь её халатности по отношению к своей жизни, и сказал:
– Кто бы ни были эти люди, они, прежде всего, заслуживают благодарности. Разве это не достаточный повод разыскать их?
м Я ведь уже сказала, что не намерена никого благодарить. Помогли – и ладно, чего усложнять себе жизнь? В тот день многим помогали совершенно незнакомые люди. На моём месте мог оказаться кто угодно.
– Ты так думаешь?
– От меня не требовали никаких компенсаций за заботу. Люди проявили акт милосердия по отношению к пострадавшей, и всё. Чего забивать себе голову такими мыслями? Я не чувствую себя чем-то обязанной им.
– Вижу, эгоистическое воспитание в аристократической семье всё же подпортило тебя, – заметил Рэм. – Настолько быть безразличной к людям…
– Жизнь в Ауленте не способствовала культивированию особенной признательности тем, кто меня окружал.