– Врачи из ЦМБ уже провели расследование и сравнили ранения, – сказал Вейд.
– И?
– Уверяют, что это были разные люди. Те, которые затеяли потасовку после катастрофы на выставке, получили раны от меча, и притом очень опасные, они могли запросто умереть, не подоспей вовремя медики. Сегодня же ночью четверо мужчин тоже получили раны от холодного оружия, но совсем иного типа. Казалось, их просто хотели обезвредить, но не намеревались убить, как в первом случае. Что касается пострадавших полицейских, то они вообще вызвали у врачей чуть ли не смех. Эти герои попадали от всего нескольких царапин, которые не повредили бы даже ребёнку.
– Тогда почему их нашли без сознания?
– Не понятно. Но в их крови обнаружили нечто подозрительное растительного состава. Возможно, в этом причина. В кровь попало что-то, воздействовавшее на нервную систему.
– Неужели Рэм приложил руку ко всему этому? – задумчиво произнёс Кипс, знавший пристрастие зэрграверянина изучать разные травы. – Точно, без него не обошлось. Ну и устроил он нам весёлую ночь. Пустил по ложному следу, а сам вновь орудовал в Йсените. Ну и наглость…
Слушая тихое ворчание начальника, Вейд между очередным куском пирога, сказал:
– Что касается Нейман, установили, что это её кровь осталась на осколках. След, надо признать, был достаточно заметен среди других.
– Учитывая, что ни в одной больнице её не нашли, на этот раз она действительно могла попасть в руки врагов.
– Думаю, эту версию мы можем исключить, – с уверенностью произнёс Вейд.
– Что ещё выяснил?
– Я успел поговорить с одним из тех, кто пострадал сегодня ночью. Полицейские ничего не знают, но видели на месте столкновения не только эту подозрительную четвёрку и кого-то похожего на Рэма, но ещё и девушку.
– Девушку? – Кипс весь превратился в слух, его стакан сока в руке замер в воздухе, он даже забыл поставить его на стол.
– Было темно, но, судя по описанию, они допускают, что это Нейман. Во всяком случае, это она дралась холодным оружием с той четверкой.
– Ну и новости. Я бы предпочёл узнать, что Нейман продолжает скрываться, чем думать, как вытащить её из рук леруев. А подтверждение этому есть?
– Один из тех, кого она ранила, пришёл в себя четверть часа назад. Мне сообщили: он подтвердил, что ночью вместе со своими сообщниками преследовал именно Нейман Флаэс, или кого-то весьма похожую на неё.
– То, что девушка не умерла от их рук, а успешно оборонялась, само по себе достаточное доказательство, что это могла быть только Нейман. Все её двойники гибли даже без сопротивления и оружия никогда в руках не держали. А такой отпор вполне в духе терианки.
– Она же недавно была ранена, неужели ей после всего случившегося ещё под силу воевать?
– Вейд, Нейман – терианка. Их живучести можно только позавидовать.
– Но сама бы она с покалеченными ногами с выставки не ушла. А ни в одной больнице её так и не нашли. И носильщики паланкинов её тоже запомнили бы, если бы она воспользовалась их услугами. Тогда куда же она могла деться в тот день? – задал вполне уместный вопрос Вейд.
– Никогда не думал, что будет столько головной боли от беззаботного Йсенита, – потеряв окончательно аппетит, произнёс Кипс. – И чего они все, словно сговорившись, устроили тут поле битвы? Не могли найти другую планету?
Вейд, сидевший напротив шефа, вдруг замер, глядя куда-то за его спину, и сказал:
– Господин Кипс, тут…
Он указал на кого-то с таким видом, как будто охотник, увидевший редкую дичь.
Кипс, без всякого настроения, оглянулся и тут же замер сам.
Около самого выхода из кафе стояла Нейман, одетая в тёмное терианское платье, без вуали, но в украшениях и при своём неизменном стилете. Ни малейшего намёка на маскировку и совершенно безразличный вид – именно так она выглядела в это утро.
Какие-то секунды оба служителя ЦМБ сомневались, что видят саму Нейман Флаэс. Ведь её двойники ещё оставались в Йсените, и это могла быть одна из таких девушек. И только когда она, обведя немногочисленных посетителей кафе взглядом, двинулась в сторону столика, где сидели Кипс и Вейд, они поняли, что видят оригинал, а не один из дубликатов.