– Конечно, никто и не надеялся, что будет просто. Что они потребовали от тебя взамен?
– Я обязан вернуться до начала войны. Лиам тоже. Это их единственное условие. Они даже согласны проводить нас самой кратчайшей и безопасной дорогой в Цензирад.
– Это же прекрасно! Уже хоть что-то утешительное в нашем походе. Мы нашли тебя и имеем все шансы благополучно вернуться назад. В данное время большего желать нельзя, – подвёл итог Том.
Артур, очень задумчивый, сказал:
– Уйти и вернуться – это наименьшая проблема. Самая большая трудность в том, как я буду воевать на этой земле? Я плохо управляю тэйферами и потом… как я смогу просто так, из-за обещания милэви, убивать таких же, как они людей, которые придут сюда только ради того, чтобы их потомки могли продолжать жить? Мне ведь этот Ассомэром не нужен. Я здесь чужак, и я даже не военный. Какое моральное право я имею вмешиваться в историю мира, который меня не ждал?
Том выслушал эти тихие слова землянина, и согласился, что они не лишены смысла. Артур взял на себя очень серьёзные обязательства, и всё ради того, чтобы остальные могли вернуться домой как можно скорее. Стелла, поняв мысли землянина, тоже поумерила свою радость, притихнув.
– Нужно идти спать, завтра утром мы отправляемся в путь. Скажи Каэтану, чтобы он был готов, – попросил руктаорца Артур, и Том направился в шатёр.
Глядя на замершего в полузадумчивости Артура, который почти машинально следил за летавшими вокруг него тэйферами, Стелла вдруг осознала, что рядом стоит уже совсем другой человек. Те дни, что он провёл среди милэви, что-то в нём изменили. Цветы, которые стали уже неотъемлемой частью землянина, делали его каким-то иным, не таким, как прежде. А он всей душой хотел вернуть всё назад. Стелла явно это почувствовала. Артур был спасателем, он не хотел становиться убийцей вот таким образом. То, что ему навязали против его воли, теперь угнетало, и нет никакого лёгкого способа снять с себя эту ответственность перед милэви.
– Просто убей вожака, и ты будешь свободен, – словно ответ на свою безмолвную молитву, услышал Артур тихий голос Стеллы.
Он слегка вздрогнул и заметил, что она стоит неподалёку, не уйдя вместе с Томом. Тибо большой чёрной тенью замер около хозяйки.
– Ты что, мои мысли читаешь? – спросил удивлённый землянин.
– Не знаю, – тихо, как эхо, отозвалась терианка, – но ведь сейчас ты думаешь о том, как бы избавиться от этого эскорта в виде тэйферов и снять с себя всю ответственность? Они покинут тебя только тогда, когда погибнет их вожак, избравший тебя своим предводителем.
– Я не могу… они ведь тоже живые…
Артур смотрел на трепещущие вокруг него цветы, они летали так спокойно, почти умиротворённо. Трудно в эту минуту было представить, что они готовы убивать без размышлений и жалости, стоит только отдать им безмолвный приказ. Эта неведомая жизнь, что она, в сущности, вообще представляла собой?
– Живые… – снова как эхо повторила его слова Стелла, тоже глядя на цветы и усиленно о чём-то размышляя. – Насколько живые?
– Не важно, я не могу с ними так поступить. И ещё я дал слово милэви и не могу его нарушить, – Артур решительно отрезал все пути найти лазейку для побега из этой ситуации и выкрутиться из создавшегося положения, не ввязываясь в чужую войну. – К тому же, если вот так сходу порву связь с тэйферами, для милэви я тут же потеряю всякую ценность. Скажи, что тогда с нами будет? Они проводят нас с миром в Цензирад или убьют в порыве гнева? Что нас тогда защитит? Лиам и пальцем не пошевелит, чтобы даже вступиться за нас, не говоря уже о реальной помощи с его стороны. Поэтому, пока не вернёмся все в Цензирад, я не могу совершать необдуманных поступков.
Видя его ответственность и твёрдое намерение сдержать обещание до конца, Стелла медленно сделала пару шагов вперёд и снова, как голос судьбы, тихо многозначительно произнесла из темноты:
– Я помогу тебе выиграть эту войну.
Теперь потрясённым оказался Артур, он не ожидал услышать от Стеллы ничего подобного. Изумлённый тоном, каким она это сказала, он повернулся к сверхисследовательнице, но увидел только, как она направлялась в сторону своего шатра, бесшумно пройдя за его спиной.