– Интересно, о чём они говорят?..
Любопытство проснулось с новой силой, вытеснив опасения и смятение, вызванные неожиданностью событий. Стелла осторожно приблизилась ближе к туземцам, чтобы уловить их негромкую и достаточно спокойную речь. Она уже неплохо разбиралась в их интонациях, но мало что смогла понять самостоятельно, потому что не всё расслышала.
Вэфэв повернулся к пришельцам и уже во всеуслышание сказал:
– Это те самые соседи, которых мы собирались навестить. Они, боясь войны, поменяли место своей стоянки, и мы бы их не нашли, если бы их разведчики нас не обнаружили. Они приглашают нас в свой посёлок.
Артуру это не слишком понравилось, он спросил:
– А нельзя отложить эту дружественную встречу на потом? Мы вроде бы как спешим.
Вэфэв посмотрел на него непреклонно и ответил достаточно выдержанно:
– Советую не отказывать им в нашем визите. Вы не пострадаете, я вам это гарантирую, мы задержимся только на несколько часов, обещаю вам.
– Думаю, тут своя политика и мы не должны ей мешать, – дипломатично сказал Том Артуру, тот кивнул головой в знак согласия.
Очень быстро и организованно были собраны вещи, и все двинулись в путь.
Стелла, окончательно потеряв страх, теперь начала преследовать не младшего из милэви, а самого Вэфэв. Он знал много, и, конечно же, у кого как не у него можно выпытать все нюансы отношений милэви с ближайшими племенами. Сын вождя рад был бы отделаться от не в меру любознательной терианки, засыпавшей его вопросами, но он хорошо помнил, что с ней надо быть осторожным. Один раз он уже чуть не лишил её головы и жизни, второй раз никто и ничто не оправдает его агрессию против неё. И делалось это вовсе не ради самой Стеллы, ведь тут никто, кроме Тома и Артура, не подозревал о её королевском происхождении. Всё приходилось терпеть ради землянина, которого волей судьбы избрали своим предводителем алые тэйферы, а от них в своё время будет зависеть дальнейшая жизнь племени милэви.
– Они ваши родственники или просто друзья? – спросила Стелла, умудряясь держаться даже на узкой тропинке около Вэфэв.
Они шли достаточно быстро, и она старалась не отставать.
– У нас нет родственных отношений, мы просто живём рядом.
– Вы точно никогда с ними не враждовали?
– Нет, не бойся, у тебя нет поводов опасаться за свою жизнь.
Стелла машинально отмахнулась от подлетевшего почти к её лицу одного из тэйферов Вэфэв, даже не подумав, что цветок очень опасен и, возможно, совсем недавно именно он перерезал ей горло, и продолжила:
– Это большое племя? У них есть преимущества перед вами? Где они живут? Как много у них тэйферов или тлесанди?
– Ты могла бы задавать поменьше вопросов?
– Мне же интересно.
– А есть что-то в этом мире, что тебе не было бы интересно?
Этот вопрос на несколько мгновений заставил Стеллу задуматься и, как следствие, умолкнуть. Вэфэв уж подумал, что ему удалось, наконец, отвязаться на какое-то время от назойливой собеседницы, которая всерьёз взялась его допрашивать, как сверхисследовательница ответила:
– Меня не интересует только то, что мне и так уже хорошо знакомо.
От подобного заявления Вэфэв почувствовал себя ещё дискомфортнее, ведь это означало, что ему придётся вытерпеть ещё ни один час подобных словесных пыток. Он хорошо знал универсальный язык, но не обладал достаточно обширным словарным запасом, чтобы пространно отвечать на все вопросы. Мысленно он посочувствовал своему более молодому соплеменнику, которого Стелла вчера донимала весь день. Ему уже начинало казаться, что эта девушка черпает силы для жизни не из питания и сна, как все обычные люди, а от количества полученной новой информации.
Соседнее племя, к которому милэви питали дружественные отношения, называлось фалавип. Эти туземцы ничем внешне не отличались от своих соседей: та же внешность, черты лица, рост и прочее. Люди племени фалави́п впервые увидели пришельцев. Более высокие люди, с достаточно разнообразной внешностью и тёмным цветом глаз вызвали и смятение, и интерес. Волосы пришельцев тоже имели разную окраску. Стелла не выделялась бы особо среди милэви, ведь её кожа была очень светлой и ростом девушка не превышала самых высоких туземцев, но чёрные глаза невозможно было не заметить. Да и толстая коса, спускавшаяся ниже колен, не имела светлого тона, в последнее время поменявшая русый цвет на золотисто-каштановый.