Стелла, не сбавляя шага, беззаботно кинула ему через плечо:
– У меня будут другие дела.
– Другие? Чем ты тут ещё можешь заниматься?
– Я не только ботаник, – напомнила Стелла и, хитро прищурившись, добавила: – Тут ещё и в политике надо разобраться.
– Дипломатия? – сказал скорее самому себе, чем кому-то Лифурни. – Фу, как скучно…
Но Стелла уже отбросила временно нахлынувшее ребячество и проворно побежала вперёд, туда, где шли Артур и Вэфэв. Уж ей непременно надо быть на этот раз в центре событий.
Усвевсу попросила соплеменников позаботиться о гостях и угощении для них. Пока путники отдыхали, она беседовала с Вэфэв, обсуждая дальнейшие действия племени.
Стелла оказалась, как бы невзначай неподалёку. Понимая с пятое на десятое их замысловатую местную речь, она всё же жадно вслушивалась в каждую фразу, всматривалась в каждый жест. Затаившись за деревом, она делала вид, что находится тут случайно, смотрит на окружающие красоты и ест гроздь каких-то ягод, почему-то очень кислых, но они просто оказались первым, что попало под руку. Сверхисследовательница по своей рассеянности даже не удосужилась выяснить, не ядовиты ли они.
– У нас уцелела только одна семья тэйферов, те, которые живут на этом островке, – говорила нерадостно Усвевсу, указав на своего соплеменника, около которого летали уже виденные раньше Стеллой пурпурно-розовые цветы.
– Что случилось с остальными? – спросил так же негромко Вэфэв.
– После смерти их предводителей, тэйферы не признали ни в ком из нас своего нового хозяина. Так мы лишились уже двух островов за этот год, этот остался нашим последним пристанищем.
– Их всего тринадцать… – Вэфэв быстро подсчитал медленно летавших тэйферов.
– Да, совсем мало, и дерево старое, новые цветы уже появляются на нём крайне редко. Мы не выстоим долго, если на нас нападут. Поэтому, мы приняли решение вообще не участвовать в войне.
Это безрадостное заявление окончательно изумило Вэфэв:
– Что? Вы отказываетесь от дальнейшей жизни, даже не приложив никаких усилий?
– А что мы можем сделать? Послать на верную гибель наших последних тэйферов и их предводителя, а потом всё равно умереть? Это закон нашего мира – мы должны смириться, потому что выживает всегда сильнейший. Когда придут северяне, мы просто сдадимся им. Пусть и в рабстве, наши дети всё равно смогут жить и род фалавип не прервётся.
– Должен быть ещё какой-то выход, мы можем объединиться.
– Не поможет. Окружающие нас племена так же слабы и беспомощны, даже собрав всех, кого только сможем найти в тридцати днях пути от нас, мы всё равно будем слабее тех, кто придут с севера. В этих местах население скоро совсем вымрет, ты это знаешь.
Усвевсу медленно пошла к центру острова вместе с Вэфэв. Стелла осторожно последовала за ними, соблюдая расстояние, но всё же оставаясь в пределах слышимости их голосов. Туземцы подошли к одиноко растущему на небольшом холмике дереву. В высоту оно достигало метров пять, часть его ветвей уже засохла, ещё несколько теряли последние листья. Терианка с первого взгляда поняла, что дерево умирает.
– Как ты думаешь, сколько оно ещё проживёт? – посмотрев с подавленным вздохом на дерево, спросила Усвевсу.
Вэфэв ответил так же безрадостно:
– Думаю, до следующей войны точно не доживет.
Стелла всмотрелась в дерево, имевшее желтовато-зелёные листья, и увидела среди них один нераскрывшийся бутон и два уже распустившихся цветка. Они были пурпурно-розовыми, совершенно такими, какие летали около последнего оставшегося предводителя тэйферов в племени фалавип. Один из цветков неожиданно оторвался от дерева, но не упал, а полетел. Усвевсу и Вэфэв повернулись, следя взглядом за тэйфером, а тот подлетел к подошедшему к дереву человеку. Это был его предводитель.
Замершая неподалёку терианка догадалась, что это и есть родительское дерево местных тэйферов. Цветы рождались на нём и периодически возвращались сюда, чтобы подпитываться соком ветвей, давших им жизнь. Вот почему каждая семья тэйферов защищала свою территорию. Без родительского дерева, даже питаясь соком растений и разных плодов, айдэнские мечи долго не проживут.
Обладатель тэйферов, и он же разведчик, приблизился к старейшине и гостю.