– Я всё равно пойду. Ничего со мной не случится, – заявила на всё это Стелла. – Я пережила встречу с тэйфером, тлесанди тем более им не чета. Я не пострадаю.
Артур посмотрел на Тома, который только слегка пожал плечами, а потом сказал сверхисследовательнице:
– Интересно, сколько раз я уже слышал эту фразу с того времени, когда ты стала попадать в переделки ещё на Тере? Но у тебя с чувством самосохранения до сих пор не всё в порядке, если ты его вообще не потеряла окончательно.
Но никакие доводы результата не возымели. Поддерживаемая, как ни странно, даже Вэфэв и другими туземцами, терианка добилась своего. Артур не мог рисковать теми, кто не принадлежал айдэнскому миру. Зная, что путь не столь долгий, сколько опасный, он счёл необходимым оставить Орин и Лиама на острове в безопасности под присмотром Каэтана. Стеллу отпускать одну, под присмотром только туземцев, было неосмотрительно. Поэтому кроме Тибо, иногда столь же наивного, как и его хозяйка, к диким тлесанди отправились Артур и Том.
33. Дикий тлесанди.
Разместившись на плотах, фалавип дружно отправились в дорогу. Вниз по течению плыть было несложно, тем более что течение хоть и быстрое, не изобиловало порогами и подводными камнями. Живописные места, самые чудесные пейзажи и несколько замысловатых нерукотворных мостов из лиан, перекинувшиеся дугой с одного берега на другой – всё это завораживало нереальной красотой.
Стелла поняла, что, сколько бы она не путешествовала по Айдэну, он не перестанет удивлять её буйством красок и разнообразием флоры. У неё просто дух перехватывало от мысли, что она не увидела ещё даже тысячной доли планеты. Глядя на всё это, сверхисследовательница подумала, что даже её стандартная жизнь терианки, равная где-то ста восьмидесяти земным годам, и то будет ничтожно мала, чтобы обследовать весь Айдэн. А что говорить о других планетах, как открытых, так ещё и неизвестных? От подобных эмоциональных переживаний у неё закружилась голова. Том заметил, что Стелле не хорошо и слегка потряс за плечо, чтобы вернуть девушку в действительность.
Плавание по реке кончилось быстрее, чем хотелось бы терианке. Дальше предстояло идти пешком, чтобы добраться до одного из притоков этой же реки. Срезая путь по суше, люди не встретили серьёзных преград. Очень редкий лес и мягкая трава облегчали путь, не утомляя даже детей.
– Мы на месте, – сказал один из разведчиков и люди сразу же утихли.
Разговоры прекратились, все сосредоточили внимание на открывшейся перед ними спокойной водной глади, отделявшей их от островка.
– Тут мелко, мы перейдём вброд, – продолжил тот же человек. – Дерево растёт в центре острова, мы остановимся на берегу, и вы сразу его увидите.
Не торопясь и не забегая вперёд старейшины и разведчиков, туземцы двинулись дальше. Трое пришельцев держались позади. В основном это делалось ради Стеллы, чтобы она, не позабыв о мерах предосторожности, не угодила снова в переделку.
Атмосфера стояла особенная. Сейчас должно состояться таинство, непостижимое для чужаков. Но даже Артур и Том чувствовали, что происходит нечто, неподдающееся описанию, нечто, чего в их привычном мире они никогда не видели, и о чём даже не подозревали и не слышали. Цветы и люди – они тут связаны воедино, и не понятно, кто над кем имел большую власть.
Тэйферы Артура настороженно притихли, они летали плавно и не мешали идти, держась позади своего предводителя.
– Стойте, – тихо произнесла Усвевсу, остановившись на берегу островка и подняв руку.
Люди осторожно вышли из воды и выстроились вдоль берега, стараясь не сделать и лишнего шага на остров. Некоторые даже предпочли стоять в воде. Группа Риска держалась поодаль, наблюдая за происходящим. Странно было видеть, что несколько сотен людей стоят так благоговейно, чуть замерев от страха, и с трепетом взирают на какое-то дерево.
Оно оказалось небольшим и совсем молодым. До его верхушки вполне мог дотянуться высокий человек. Ветвей было не много, их кора песочного цвета выглядела нежной и мягкой. Листья, светлые и яркие, напоминали собою свежую и молодую весеннюю зелень. Около двух десятков бутонов готовились вскоре раскрыться, а три цветка на разных ветках уже расцвели в полную силу, красуясь жёлтыми и оранжевыми лепестками. Они отдалённо напоминали лилии, а их тычинки выглядели ярко-красными. Каждый лепесток был обведён белоснежной каймой.