– Я помогу вам, – прошептала глухим голосом Стелла, подойдя к знахарю.
Мужчина её не понял и от неожиданности даже шарахнулся в сторону. После отравления бледная, и с выступившими на коже синяках, выглядевшими как трупные пятна, терианка покачивалась и говорила надтреснутым голосом. Догадавшись, что её не поняли, она собрала мысли в трещащей от боли голове в кучку и выдала как можно внятнее фразу на айдэнском диалекте, сопроводив её выразительным жестом.
Знахарь, остолбенело смотревший на инопланетянку, что-то осознал и подал чашу с настоем из трав, показав, чтобы она это выпила.
Стелла приняла снадобье без каких-либо подозрений и вопросов. Ей было всё равно, что пить, после пережитого отравления обезвоживание организма ощущалось всё сильнее. Далее, не мешая, но и ничего не упуская из вида, терианка следила за действиями знахаря и двух его помощников. Она подмечала всё: как в горячую воду местного источника опускали точно отмерянные порции травы и кореньев, а также рыбью чешую. Настой держали в плотно закрытых сосудах около получаса и потом ещё добавляли соль. Это служило противоядием, и люди должны были выпить его как можно больше. Вот только не всем это помогало. Над некоторыми уже стояла смерть.
Стелла держала запястье молодой женщины, и едва смогла найти пульс. Чувствуя, как под её пальцами медленно угасает сердцебиение изящной и хрупкой туземки, терианка посмотрела в небо, начинавшее темнеть. Ещё одна жизнь вот-вот прервётся. Она пока здесь, ещё дышит, но уже ничего не изменить. Противоядие оказалось бессильным для особо пострадавших. То, что женщина была беременна, вдвойне угнетало Стеллу, ведь сейчас оборвутся сразу две жизни…
Тяжело вздохнув, Стелла мысленно обратилась к кому-то далёкому и сейчас невидимому, находившемуся на огромном расстоянии, на другой планете:
– Прости, я знаю, что это тайна… Но сейчас я не могу остаться в стороне. Только ещё один раз, пожалуйста, прости меня. Я знаю, что рискую и моя кровь тоже не чиста сейчас, в ней яд, но… это последний шанс для них. Я должна рискнуть. Об этом, как и прежде, никто не узнает…
С решительным видом терианка подошла к знахарю и, где жестами, где словами, потребовала снадобье, делая вид, что просто хочет помочь ухаживать за пострадавшими. Уставшие помощники знахаря были рады любой помощи и, так как доверить чужеземке приготовление самого противоядия они не могли, ей разрешили поить им людей. Стелла проворно взялась за дело. Уже через полчаса она обошла всех самых безнадёжных пациентов и уговорила каждого выпить хоть немного. Некоторым пришлось его вливать насильно, потому что они находились без сознания. Никто из них не заметил, что после этого на запястье Стеллы появился неширокий браслет, сплетённый из тонких листьев.
Увидев издали Артура, терианка быстро спряталась, как только он исчез из поля зрения, она снова обошла некоторых людей и проверила их пульс. Сердцебиение у всех стало ровнее и сильнее, лихорадка отступала. Всё говорило о том, что вмешательство терианки не повредило туземцам и у них появились шансы на спасение.
После этого, вместе с Тибо Стелла отправилась по окрестностям, чтобы насобирать кое-каких растений. Её возвращение к своим спутникам состоялось поздно вечером. То, что как облегчение восприняли пришельцы, милэви было встречено словно головная боль. Туземцы предпочли организованно отступить, пытаясь сохранить видимость достоинства. Перспектива попасть снова под словесные пытки Стеллы их вовсе не радовала. Они благоразумно держались поодаль, пока Артур в очередной раз отчитал терианку. Она на этот раз даже не пыталась возражать или оправдывать свои действия, всё снесла с неприсущим ей смирением, что показалось Тому очень странным.
Орин приготовила, как умела, ужин из местных растений, не разводя, как и прежде, даже огня. Стелла добавила в импровизированный салат принесённых ею растений, имевших превосходный вкус и запах. Вот только никто не обратил внимания, что именно это блюдо сама сверхисследовательница даже не попробовала. Едва всё было съедено, как всех потянуло в сон. Казалось бы, неудивительно, ведь день выдался тяжёлым. Вот только Стелла зевала, в отличие от остальных, притворно. Милэви и пришельцы спокойно уснули на открытом пространстве, не боясь утренней росы, ведь сверху по ветвям деревьев раскинуты пологи, сшитые из листьев.