– Мы выиграем время. Неизвестность всегда пугает, поэтому они, если не лишены благоразумия, не сунутся сюда сразу. Мы только что посеяли в них сомнение и страх, и это собьёт какую-то долю их уверенности в своих силах, они споткнутся на своём пути о неизвестность. На войне все методы хороши, Орин.
– Тех четырёх тоже отпустим? – спросила Орин, стараясь не отставать от Стеллы, пробиравшейся среди причудливого сплетения веток и корней.
– Нет, тех отпускать нельзя.
– Почему?
– Они слишком много знают. Чтобы освободить тебя, мне пришлось раскрыть некоторые свои секреты. Недопустимо, чтобы об этом узнали другие раньше времени.
– Но я же тоже видела.
Стелла, услышав это, так резко остановилась, что Орин налетела на неё.
Обернувшись, терианка взглянула ей в глаза и произнесла почти как приказ:
– Забудь, что ты видела. И вообще, если выберешься с Айдэна, забудь всё.
Разыскав Тибо, Стелла и Орин вернулись к своим спутникам.
Сайлис, то и дело, оглядываясь, будто он был в Цензираде не правителем, а нежеланным гостем, бежал в сторону одиноко стоявшего домика. Там сейчас расположился Иринарх Кипс. Забыв, что в невысоких ажурных оградах вокруг жилищ есть калитки, Сайлис перепрыгнул через плетень из лиан и подбежал к открытой веранде.
Кипс, читавший документы за небольшим столиком, с лёгким удивлением посмотрел на гостя:
– Что это за мальчишеские выходки, господин Лифурни?
Сайлис, взлохмаченный и действительно больше походивший сейчас на легкомысленного подростка, не стал тратить время на отвлечённые темы, выпалив, едва остановившись:
– Господин Кипс, что это за люди?!
– Вы о ком?
– О тех, кто наводнил в последние дни Цензирад.
Землянин не сдержал тяжёлого вздоха, видимо, ему эта тема была не по душе, или он знал что-то, что его тяготило.
Не отрывая пристального взгляда от командира трёх Групп Риска, Лифурни продолжал с настойчивостью:
– Пожалуйста, скажите, что происходит! Вы единственный из всех, кому я могу сейчас тут доверять. Эти люди, одетые в форму военных, почему они такие?
– Что они сделали? Нанесли какой-то ущерб Цензираду или планете?
– Вы прекрасно знаете, о чём я! – повысил голос Сайлис. – Их поведение, постоянное молчание. Они даже не жалуются ни на что! А сегодня я узнал, что для пропитания всей этой армии прислали буквально крохи, по сравнению с количеством находящихся тут людей.
Кипс поднялся и, спустившись к Сайлису, ответил:
– На Айдэне полно пропитания, оно повсюду, на каждом шагу, вот потому и нет смысла присылать большие партии провизии.
– Звучит не убедительно.
– Я знаю, что вы очень переживаете. Поверьте, у меня тоже есть свои тревоги. Будем надеяться, что скоро всё закончится. Вечно этот отряд тут не будет находиться.
– А для чего он вообще тут?! Когда пропадали люди, поисковые группы и то не выглядели такими пугающими. А сейчас не было даже приказа кого-либо искать. Что они вообще тут делают? Какова их миссия на самом деле? Всё, что мне известно, так это то, что вместе с Каэтаном в джунгли ушли Том и Стелла, вместе с собакой. Больше никто не пропадал, и угрозы никакой нет, ради которой тут понадобились бы военные. Ну так объясните, для чего всё это? Ведь эти люди никого не ищут даже. И не пытаются помочь в предотвращении цветочной войны, которая растёт вокруг и надвигается на Цензирад. Тогда в чём их польза и смысл пребывания тут?
– Вам же объяснили с самого начала, что это из-за Тома и Стеллы. Пока их судьба не выяснится до конца, военные не уйдут.
– Они с Каэтаном, а значит, вернутся живыми. Почему двух людей ждёт целая армия, как будто на нас надвигается вражеская армада? Даже если они нарушили закон, зачем такие чрезвычайные меры?
Кипс понимающе посмотрел на молодого человека и искренне ответил:
– Это был не мой приказ. Поверьте, меня всё это тревожит ещё больше, чем вас.
– Значит, даже вам всего не говорят? – у Сайлиса родилось новое подозрение.
Иринарх Кипс едва заметно утвердительно кивнул головой. Он сам не мог объяснить того, почему вдруг такая повышенная боеготовность, как будто тут террористов собирались ловить. Решение Семезера Ноала вызывало слишком много беспокойства и у него, но Кипс не имел права идти наперекор решениям вышестоящего начальства. Одно его беспокоило всё сильнее: происходящее могло быть косвенно как-то связано с Рэмом.