Уже с совершенно другим чувством, Стелла открыла часть занавесок, которые располагались по периметру паланкина тройным рядом. Теперь её от города отделял лишь лёгкий и прозрачный материал, который позволял ей видеть всё, а самой оставаться почти незаметной. Сидя на мягких подушках, она во все глаза смотрела вокруг, пытаясь разглядеть каждую мелочь в архитектуре, нарядах людей, настроении туристов. Возможно, паланкин оказался даже очень кстати: если бы она сейчас шла пешком, то уже не раз бы споткнулась, потому что под ноги бы точно не смотрела.
Носильщики шли быстро, но не бежали. Паланкин они несли аккуратно, но всё же иногда трясло, когда они сбивались, начинали идти не в ногу и пытались снова найти общий ритм движения. На такие мелочи Стелла внимания не обратила, ведь вокруг был такой манящий Йсенит, а впереди – встреча с сестрой. Она решила наслаждаться тем, что ей дали в этот день.
Миновал почти час, когда носильщики поставили паланкин и один из них подошёл к Стелле, давая понять, что они достигли места назначения.
Сверхисследовательница подняла глаза и увидела справа от себя огромное по местным масштабам здание, имевшее не два-три, а целых пять этажей. Новейшая гостиница, самая дорогая в городе, сейчас стала временным жилищем Нейман.
Покинув паланкин, Стелла услышала голос одного из носильщиков, вероятно старшего, обратившегося к ней негромко и вежливо:
– Мы будем ждать вас около правого крыла гостиницы. Здесь запрещена стоянка.
Терианка поняла, что ей напомнили о том, что обратно ей надо будет возвращаться с ними. Конечно, можно и улизнуть втихаря, но вряд ли это понравится Артуру, да и доставлять лишние волнения этим ни в чём не повинным людям тоже не хотелось. Они ведь всего лишь честно выполняли свою работу, за которую им щедро заплатили.
Едва Стелла вошла в вестибюль, где почти никого не было, к ней подбежал Беглар.
– Стелла, ну наконец-то! – воскликнул он, обняв сводную сестру. – Мы так волновались, где ты пропадала?
– Беглар, ты тут откуда? – удивилась терианка.
– Ты что, забыла собственное пожелание? Меня обязали доставить Нейман на Землю в наш дом, – ответил тот, ведя сестру к лестнице. – Но она упёрлась, как осёл. Заявила, пока не увидит тебя живую и здоровую, не покинет этот город.
– Как она? С Нейман всё в порядке?
– Да. Вроде бы нормально, или она притворяется, что нормально. Кто её поймет? Ей даже не дали попрощаться с принцессой Изабеллой перед тем, как та отбыла на Альдерус.
– Нейман больше не предпринимала попыток к бегству?
– Нет. Только ходит всегда задумчивая. Если и спрашивает, то только о тебе. Тут, в гостинице, ей предоставили целый этаж, так что она ни в чём не нуждается. После того, как выяснилось, что объектом покушений была не Изабелла, а она, её охраняют круглосуточно, тут и мышь не проскочит. Вот и мне пришлось здесь задержаться.
– Спасибо, что согласились позаботиться о ней, – с чувством благодарности ответила Стелла. – У меня такая чудесная семья…
– Вот если бы и ты не пропадала невесть где, было бы замечательно, – перебил терианку Беглар, и вдруг с тревогой посмотрел на её шею: – А это что такое?
Стелла невольно подняла руку, машинально пытаясь закрыть уже едва заметный след от шрама.
– Это ожерелье немного натёрло, не по размеру было, – с неловкой улыбкой ушла от прямого ответа терианка.
Они поднялись на третий этаж, и это на какое-то время спасло Стеллу от дальнейших расспросов брата.
– Я думаю, Нейман захочет поговорить с тобой наедине. Увидимся чуть позже, – сказал Беглар.
Сверхисследовательница с лёгким волнением пошла вперёд. Тут действительно были элитные апартаменты, в которых могло разместиться полсотни человек, а сейчас жили только Нейман, Беглар и охрана, которую прислали из ЦМБ.
Просторная гостиная, в которой встретились сёстры, имела истинно царский вид.
Нейман, грустная, но не показывавшая своей тревоги на людях, и стойко всё сносившая, теперь словно ожила. Она не кричала от радости, не бежала к двери, а стояла на месте и ждала. Вид совершенно здоровой Стеллы снял груз с её сердца, глаза терианки загорелись снова живым огнём. Пока сестра шла к ней через гостиную, Нейман уже успела понять, что та совсем не изменилась.