Этот вопрос всех озадачил. Всё, казалось, уже сейчас складывалось не в пользу Рэма.
– Прав будешь ты, – неожиданно нарушив повисшее тягостное молчание, заявила Стелла.
Все устремили взгляд на неё.
– Не спеши с выводами, – посоветовал Том. – И вообще, ты можешь уйти, маленькая ещё такие дела решать. К тому же, ты уже прямо сейчас отказываешься исполнять приказ Леджера Сейлана, данный тебе. Не впутывайся в это дело, Стелла.
– Рэм не виновен, – повторила настойчиво терианка. – Я просто это знаю, я вижу суть его души.
Рэм не сдержал усмешку:
– Тебе бы адвокатом работать с твоей интуицией. Но как быть с тем, что на мне смерти многих людей? У меня мало времени, а потому приступим. Если честно, я пришёл не оправдываться, а попрощаться. Я уже сказал, что сдаваться не собираюсь, а потому остановить меня вы можете, только убив. Просто, чтобы вы не задавали потом себе множество вопросов по поводу причин, которые меня так изменили, и не терзались тем, что я пошёл против закона, и вам пришлось отречься от меня, я дам вам информацию. Её разглашение недопустимо, и, думаю, даже не все из числа правительства ОПМП знают о ней, поэтому вы тоже окажетесь в потенциальной опасности.
– Ты хочешь взломать Информационный Сейф? – спросил Артур.
– Нет, с этим лучше всего справилась бы Стелла. Но это очень опасно. Я не буду показывать вам документы, расскажу всё на словах. Просто поверьте мне. И вы поймёте, с чем столкнулся наш мир.
Рэм снова подсоединил подвеску к аппаратуре, и над столом всплыло изображение города.
– Это мой родной город. Он был на Зэргравере.
– Об этом мы уже знаем, Стелла нам сказала, – заметил Том. – Думаю, этот старенький прототип соэму очень ценен для тебя, потому что в нём собраны дорогие тебе кадры из прошлого?
– Верно, это то прошлое, в котором ещё не произошло никакого преступления. Мой отец являлся выдающимся учёным, матери я не помню, она умерла вскоре после моего рождения. У меня была старшая сестра. Когда мне исполнилось пять лет, в лабораториях, где работал мой отец, создали страшное биологическое оружие. Аналогов ему не было. Его требовалось уничтожить, но учёные не успели: вмешались люди извне, это оказались происки леруев. Заметая следы своей деятельности, они никого не пощадили: страшное оружие было выпущено на волю. Всего за один час над столицей распылили невидимую глазу, но смертоносную пыль. Правительство боялось вызвать панику, поэтому всё держали в тайне.
– В чём заключалась опасность? – спросил Артур.
– Это сильнейший яд, но он не убивал сразу. Его особенность состояла в том, что каждая его мельчайшая молекула заключена в оболочку. Люди вдыхали ядовитый воздух, но умирали сразу только единицы, остальные ничего не чувствовали. Дальше происходило примерно следующее: яд попадал в кровь и оставался в ней. Чтобы убить человека, требовалось всего несколько таких «капсул» с ядом. Однако, начали умирать только самые сильные люди. Чем это было вызвано? Иммунитетом. Именно он сыграл важную роль в активации яда. Для чего собственно людям иммунитет?
– Прежде всего, чтобы бороться с вирусами, попадающими в организм, – без раздумий ответила Стелла.
– Верно, и этот яд тоже расценивался организмом как нечто инородное, что должно быть уничтожено. Вот только его оболочка невероятно крепка. Скажем так, для людей с ослабленным иммунитетом этот «орешек» не по зубам, и они оставались жить. Те, кто был полон сил и обладали отличным иммунитетом, начали умирать уже через несколько часов. Оболочка яда стала бомбой замедленного действия, которая не трогала больных, стариков и детей, но уничтожала сильную молодёжь. Мне тогда исполнилось всего пять лет, и я запомнил только всеобщее смятение. Люди бежали с планеты, спасаясь от неведомой эпидемии, как они думали, а ветер быстро разносил ядовитую смерть по окрестным городам. Никто не знает, сколько людей в то время подверглись воздействию яда, против которого не существовало никакого антидота. Мой отец не мог бросить всё и сбежать, он счёл нужным остаться до конца здесь и спасти кого ещё можно. Моя сестра находилась на учёбе в соседнем городе, её эвакуировали вместе с другими учениками. Она успела покинуть планету до того, как власти наложили запрет на переселение нашего народа. Учитывая, что ситуация вышла из-под контроля, около Зэргравера собрали космических патрульных, чтобы не дать распространиться яду. Правду скрыли от всего мира, а на Зэргравере ловили леруев, которые устроили эту катастрофу. Отец знал, что уже обречён, ведь он находился в центре всех событий. Но меня он хотел спасти. Покинуть Зэргравер легально уже никто не мог, но контрабандисты везде могли пролезть. Отыскав таких авантюристов, отец продал им меня в качестве раба, попросив увезти с Зэргравера и таким образом спасти. Напоследок он сказал мне всего несколько слов о завещании, которое он оставил для меня в Информационном Сейфе ОПМП, и заставил повторить пароль, который я должен был запомнить на всю жизнь. Это и был «Виоссор», наследие, оставленное мне отцом. Меня увезли чужие люди на незнакомую планету. Какое-то время я жил с другими подобными мне невольниками, которых работорговцы хотели продать на какую-то колониальную планету. По пути у них возникли финансовые трудности, и они на ближайшей планете решили сбыть с рук несколько рабов, в том числе и меня. Там меня и купил Иринарх Кипс, работавший под прикрытием над каким-то заданием. Вернувшись домой на Землю, он не смог разыскать моего отца и решил усыновить. Однако его жена оказалась против того, чтобы неизвестный мальчик воспитывался с её детьми. Уже привязавшийся ко мне Иринарх Кипс не стал избавляться от меня и, оставив по документам как своего раба, дал приют в своём доме, покровительство и воспитание.