И вот из-за поворота появился Человек Ночи с многочисленной свитой тэйферов. Стелла подняла взгляд, ведь знала, что тут никто не заметит, что простая служанка осмелилась разглядывать кого-то влиятельного и знатного. Её сердце почти остановилось, когда она увидела лицо человека, точно не имевшего ничего общего с туземцами. Пусть и без лишнего веса, он всё же выглядел мускулистее нарбин. Черты лица ничем не отличались от землян, но больше всего терианку потрясли его глаза: как только он вошёл в темноту тоннеля, они вспыхнули ярким золотистым светом.
«Руктаорец… он руктаорец!» – пронеслось в голове Стеллы, она едва не упала на подкосившихся ногах.
Человек Ночи, быстро пройдя мимо неё, даже не догадался, какой фурор произвёл он на незаметную в темноте наблюдательницу. Край его плаща слегка задел Стеллу, обдав ледяным холодом.
– Невероятно, у него даже глаза горят во тьме! – рядом раздался тихий восторженно-благоговейный голос Играрги. – Вот почему его прозвали Человеком Ночи, а я никогда в темноте его не видела. Ты хорошо придумала, встретиться с ним в тоннеле!
Стелла ничего не ответила, только обессиленно прислонилась спиной к стене.
– Эй, тебе плохо? – забеспокоилась Играрги, заметив её состояние и выпавшую из руки сумку.
– Пошли отсюда, – Стелла подхватила свою ношу и из последних сил потянула Играрги к выходу, – идём быстрее.
Казалось, она сейчас задохнётся в этом небольшом тоннеле. Выйдя на свет, Стелла начала задавать себе множество вопросов, а потом своей спутнице.
– Ты видела его раньше? Какой он человек? – спросила, немного придя в себя, терианка.
– Конечно, уже несколько раз встречала его в Ожленисе. Это превосходный воин.
– Он не из ваших.
– Я знаю. Потому, что он не похож на нарбин и другие народы, живущие рядом.
– Нет. Этот человек вообще не с Айдэна. Он с той же планеты, что и Том.
– Том? Это тот человек, которого я видела в Цензираде? – припомнила удивлённая Играрги. – Как ты это определила?
– Не важно. Лучше скажи, Человек Ночи способен навредить пришельцам, зная, что один из них? Будет ли атаковать Цензирад, если доберётся до него? Исполнит приказ вашего правителя или встанет на нашу сторону?
– Разумеется, он будет сражаться за нарбин! Иного и быть не может. Говорят, нет ни одного приказа, который бы он не выполнил.
– А вот это плохо, – прошептала Стелла, и с замиранием сердца вспомнила, сколько тэйферов летало около Человека Ночи.
Так или иначе, но даже если этот руктаорец не пойдёт против пришельцев, туда прибудет много других предводителей тлесанди и тэйферов. И вот их следовало остановить любым доступным способом. Туземцы, вероятно, давно знали о присутствии на Айдэне людей, принадлежащих к инопланетным цивилизациям, или, по крайней мере, догадывались. То, что они не стремились обнаружить своё присутствие перед пришельцами, могло свидетельствовать о том, что пусть они и имели собственное уникальное оружие и массу преимуществ на родной земле, но не желали соприкасаться с неведомыми чужаками. Возможно, именно их нежелание быть раскрытыми, сейчас сыграет на руку в планах Стеллы. Если нарбин, как и другие народы, хотят остаться незамеченными пришельцами, то и те в свою очередь могут сделать вид, что никого не обнаружили. После этой войны всё должно остаться так, как и предыдущие годы. Цензирад будет жить своей жизнью, а коренные айдэнцы своей. Главное не перегнуть палку и сделать всё правильно. В конечном итоге, не жители Цензирада полезли первыми в эту драку, так что пусть потом туземцы не нарекают на последствия.
«Кто как умеет, так и защищается», – решила Стелла.
– Эй, ты что застыла, как дерево? – дёрнула за руку терианку Играрги, видя, что та уже несколько минут стоит неподвижно, будто вообще не осознавая окружающей реальности.
– Что у вас в Ожленисе самое главное и ценное? – неожиданно спросила Стелла.
– Что? – не поняла её Играрги. – О чём ты говоришь?
Догадавшись, что разговор будет серьёзным, а говорить на универсальном языке прямо на улице, где в любую минуту могли пройти люди, крайне неразумно, Играрги повела Стеллу в свой дом. Только там можно передохнуть и спокойно всё обсудить.