Даже при свете ясного айдэнского утра, Стелла увидела, как во тьме что-то сверкнуло. Сердце на миг остановилось, когда поняла, что этот тот, которого она ждала. Человек Ночи шёл прямо на неё в окружении тёмных цветов, казавшихся почти чёрными. Это его глаза сверкали в темноте.
«Он не посмеет причинить мне вред, он руктаорец, а значит, должен понять, что я не с Айдэна», – успокаивала себя терианка, но оружие выпускать не собиралась, она слишком много тут нагрешила против нарбин, чтобы ей просто так всё простили.
Почему-то воевать против туземцев оказалось куда проще, чем противостоять человеку, знакомому с инопланетным миром. Нарбин мыслили узколобо, в рамках своего айдэнского менталитета, привыкшего видеть оружие исключительно в виде цветов. А вот что ждать от человека с другой планеты – это загадка.
Человек Ночи вышел без всякой паники и осторожности прямо на освещённый участок площадки.
«Интересно, он догадается о моей сущности с такого расстояния?» – попробовала прикинуть дальнейшие действия незнакомца Стелла.
Одетая, как местные жители, внешне ничем от них не отличавшаяся, терианка выглядела вполне обычно для этих мест. И пусть с расстояния в сотню шагов Человек Ночи не мог рассмотреть, что её глаза в данное время разного цвета, ведь одну из линз она потеряла во время драки с Онтетно, он должен увидеть, что она держит в руках паралитическое оружие.
Как он отреагирует на эту встречу? Этот вопрос больше всего интересовал Стеллу. Она ожидала, что он удивится, увидев кого-то не с Айдэна. Конечно, в её представлении, руктаорец не станет атаковать нарушительницу всеобщего спокойствия, а наоборот, защитит и поможет выйти из этого сложного положения. Он должен понять её.
Вот только все предположения и надежды разбились в прах, когда Человек Ночи без единого звука и малейшего колебания, только жестом, отправил всю подчинённую ему стаю в атаку.
У Стеллы глаза от ужаса стали вдвое больше, когда она увидела айдэнские мечи, летящие на неё. Их было слишком много, никогда ещё на Айдэне ей не приходилось видеть столь многочисленную стаю тэйферов, они действовали не как все. Имея особенного предводителя, и цветы вели себя неординарно. Стелла увидела, как они разделились на группы, чтобы напасть с разных сторон. Она впала в ступор, потом началась паника.
– Нет, не делай этого! – на универсальном языке закричала Стелла.
Но её мольбы не возымели никакого действия, она видела, что Человек Ночи не собирается отступать. Стелла начала стрелять, пытаясь вычислить среди десятков тёмно-пурпурно-фиолетовых цветов вожака. Но они, разбившись на несколько групп, не давали подсказки к тому, кто именно из них главный.
Человек Ночи шёл вперёд уверенно и без какого-либо страха. Он не сомневался в своей победе, не колебался и не раздумывал.
Несколько цветов упали от выстрелов, но остальные достигли цели. И тут, что казалось верхом всякого невезения, у Стеллы окончательно разрядилось паралитическое оружие. Цветы окружили её и уже через пару секунд половина из них устремились в атаку. Весь ужас Стелла пережила с новой силой, вспомнив, как однажды ей уже перерезали горло вот такие же милые на вид цветочки. Паралитическое оружие рассыпалось на мелкие части в её руке, некоторые лепестки задели запястье. По коже потекли струйки голубой крови.
Онтетно, увидев это, отшатнулся в сторону: человек, чья кровь являлась голубой, а не красной, был в глазах айдэнца непостижимый в своей сущности.
Человек Ночи так же увидел это. Похоже, он не собирался сразу убивать Стеллу, а только обезопасить её для остальных. Подойдя достаточно близко, он теперь тоже увидел голубую кровь. Но это его не остановило.
С некоторым акцентом, он произнёс на универсальном языке:
– Ты что за творение такое?
– Я человек! – воскликнула Стелла, опасаясь, что тот примет её за некую разновидность роботов и искрошит на куски.
Но руктаорец ответил ей одним лишь жестом, который в точности поняли айдэнские мечи.
Оставшись совершенно безоружной и видя, как заходят на очередной круг летящие на неё тэйферы, Стелла не посмела рисковать стилетом терианских королей, а только интуитивно пригнулась, закрыв голову руками. Сверхисследовательница понимала, что этот бой точно проиграет, цветов слишком много и они, она это чувствовала, были научены особым образом, куда более послушные человеку, смелые и стремительные. В этом они отличались от всех остальных тэйферов, с которыми терианке пришлось иметь дело в эту ночь. Она уже пожалела, что просчиталась в своих надеждах: стрелять, пока ещё оставались заряды, надо было не в цветы, а в их предводителя, потому что договориться с ним точно не получится. Доказывать, что никого из людей она убивать не собиралась, теперь слишком поздно и бесполезно, её просто не станут слушать. Наверное, вынужденные отозвать с поля боя лучших своих предводителей цветов, нарбин находились в высшей степени гнева и озлобленности. Ведь во многих местах Ассомэром в этот раз достанется вовсе не им.