— Известно ли господину Стырю, что мы находимся здесь по самым срочным и безотлагательным делам? — надменным тоном сообщил он. — Именем советника я прошу вручить мне ключ от казны и письменные принадлежности для того, чтобы я начертал все необходимые пояснения.
Когда пояснение было готово, Вертопрах высушил чернила специальным заклинанием, свернул бересту и аккуратно закрепил личной печатью.
Со скучающим видом Северин смотрел на церемонию поклонов и обменом любезностями, в которых братьям-градоправителям не было равных, и с сожалением думал о недопитом кувшине бродилки.
— Вот так вот! — изрек полный самодовольства наперсник Караггана, когда они покинули дом братьев. — Стоит появиться главному, как работа начинает кипеть и бурлить!
— Зря обольщаешься, — расхохотался Белозор. — Иди, вернись под каким-нибудь предлогом, забытой вещи, например, и полюбуйся на них.
Сбитый с толку Лагем перепоручил пленника стражам и быстрым шагом направился обратно в дом, еще не представляя, что он там увидит.
Стоило визитерам покинуть городскую казну, как оба брата едва не столкнувшись лбами, набросились на свиток, чтобы поскорее оторвать поставленную печать.
— Сколько приписывать, Страшко? — поинтересовался вооруженный пером Стырь, после того как печать поддалась натиску.
— Пиши еще кружок!.. Иди два!
— Так один или два?
— Два!.. Нет, три! — аппетиты Страшко росли словно на дрожжах.
Во время жаркого спора по поводу того, будет ли четвертый ноль лишним или нет, в комнату ворвался источающий подозрения Лагем.
Оставаясь немым ко всем словам раскаяния и уговорам, медноволосый маг переписал послание, добавив приписку о том, чтобы Перелог увеличил городу Выходки налоги, "Основание: более чем хорошая состоятельность горожан, особенно верхушки". Братьев передернуло. Наперсник скрепил послание печатью и охранным заклинанием. Братьев передернуло еще раз. Впрочем, как все талантливые градоправители, они умели скрывать истинные намерения за елейными выражениями лиц. Так что Стырь и Страшко еще раз раскаялись в содеянном, уверяя наперсника, что больше никогда в жизни так не поступят. А в знак уважения вызвались сопровождать Лагема до постоялого двора, "дабы в пути самолично оберегать от воришек столь уважаемых людей". Суть сего благородного порыва заключалась в том, что их скаредные натуры всерьез опасались второго налета на медноволосого и, как следствие, еще одного "налета" на их казну.
Когда почетные гости в сопровождении градоправителей и их охраны пересекали главную улицу, на которой толклись торговцы и покупатели, цвет изготовленного Карагганом амулета стал темнее — это означало, что где-то поблизости находился источник темной магии нулевой ступени.
— Значит, в Выходках кристаллов нет! — ухмыльнулся Северин, он и без амулета умел ощущать присутствие темной магии. — А что, сделать больше не хватает способностей?
— Помалкивай! Здесь давно всех переловили! — прошипел разъяренный подобным вопросом наперсник.
Амулет завибрировал, из его камня вырвался сгусток зеленого света, который вскоре завис над находящимся среди испуганно смолкнувшей толпы людей шестилетним ребенком.
— В темницу щенка! К крысам! — приказал Лагем одному из охранников.
Но вместо того чтобы броситься выполнять приказ, охранник преданно посмотрел на градоправителей.
— Добро! — махнул рукой Стырь.
Бесцеремонно отпихнув в ужасе закричавшую мать, охранники сгребли за шиворот испуганного вытаращившего глазенки мальчишку.
— Зачем? — недоуменно спросил Северин. — Ты опасаешься, что из него получится маг? Если даже так, то… первая ступень — не больше.
— Таков приказ советника Караггана, — важно изрек Лагем, отчеканивая каждое слово, — и не тебе его отменять!
Устроившись возле окна, Белозор безучастно смотрел на раскинувшиеся внизу многочисленные шатры базарных торговцев, на хаотично снующих меж рядами людей и просчитывал возможные варианты своего побега. До его слуха донеслись приближающиеся шаги, это был Вертопрах, которому вдруг что-то понадобилось взять в комнате, в которой держали пленника.
— Довольный вид, блестящие глаза, — Северин внимательно посмотрел на Лагема.
— Ты прикончил того мальца?
— Что с того? — безразличному наперснику меньше всего хотелось выслушивать упреки.
— Из него получился бы неплохой знахарь.
— Придется обойтись! За лечением теперь ходят к послушникам в прикапище!