Яська и наемники никогда не бывавшие ни в одном городе с восхищением глазели по сторонам, и поэтому маг часто напоминал им, что смотреть следует вперед, главным образом, под ноги. В то время, когда они проезжали мимо широкого дома построенного из серого камня, одно из окон дома распахнулось, и из него выглянула рыжая девчонка, одетая в нарядный, расшитый узорами сарафан. Она с любопытством посмотрела на проезжающую мимо ее окон процессию, при этом игриво улыбнулась и помахала рукой покрасневшему от смущения Тальке.
— С лошади не свались, — хмыкнул маг, от цепкого взгляда которого не ускользнул даже такой пустяк.
Проехав еще одну улицу, путники догнали четыре повозки, которые медленно тащились по направлению к главной площади. Белозор кивком приветствовал возницу замыкавшей шествие повозки и поинтересовался, кто это пожаловал в Синельск.
— Да вот, господин, — неторопливо отвечал возница, — это искусники из разных городов. Прибыли для того чтобы писать портреты градоправителя. Господин Эсбер — здешний сложник — что песни слагает — по нескольку раз в год их зовет, аккурат к празднику, где почетного жителя выбирают. Ох, и весело же будет! Приходи и ты, мил человек, повеселиться.
— Непременно, — вежливо сказал Северин, хотя на самом деле ни на какой праздник идти не собирался.
Несколько раз они поворачивали то влево, то вправо, а затем ехали по старой дороге, бывшей здесь задолго до основания Синельска. И вот, наконец, они очутились на улице, где почти не наблюдалось людей, если не принимать в счет трех возившихся в луже ребятишек, да старухи, которая делала вид что приглядывает за внуками, а на самом деле, дремала. В конце улицы друзья увидели не совсем обычный дом. Необыкновенность дома заключалась в том, что его первый этаж был построен из камня, а второй из дерева. На заднем дворе дома находилось несколько небольших деревянных построек: сарай для лошадей, курятник и отхожее место. Неподалеку от дома виднелся клочок земли, упирающийся в высокие городские ворота, которые опоясывали весь Синельск. Этот клочок земли был усеян молодой травой и цветами. Снаружи необычный дом выглядел чистым и аккуратным. По косяку дверей бежали красивые вензеля, а на двери было вырезано цветущее дерево, на котором каждая трещинка и каждый лист были прорисованы с такой тщательностью, что дерево выглядело почти как настоящее.
Белозор нащупал под одной из ступеней ключ и отомкнул им замок на двери.
— Это твой дом? — спросила Ястребинка.
— Не угадала. — Маг зашел в сумрак тесной комнаты, наподобие уменьшенной в несколько раз клети и ленивым жестом руки пригласил войти остальных.
Следующую комнату, напротив, заливал дневной свет, и от этого она казалась еще белее и уютнее. Посередине комнаты стоял застеленный белой скатертью стол. По обе стороны стола — украшенные резьбой лавки. Возле окон, на низких и высоких скамейках находились сине-белые горшки с разнообразными цветами. Огромный, искусно вытканный ковер занимал место возле стены. Рядом со сверкающей белизною печью возвышался огромный сундук. Возле сундука покоились набитый пухом тюфяк и пышная горка подушек. На стене красовалась изображающая березовый лес вышивка. Возле печи была необтесанная, потемневшая от времени лавка, на которой стояли ведра с водой. Из-за печи виднелось резное коромысло. Комната заканчивалась проемом, завешанным светлым отрезом плотной материи, который скрывал за собой лестницу на второй этаж, а так же погреб с разнообразными припасами и кухонной утварью.
— Здесь живет тетка, — сделал вывод Растрепай.
— Хорошо живет! — Яська невольно залюбовалась ковром. — Трепа, твоя мама сумеет соткать такой же?
— Конечно сумеет и даже лучше соткет, — ответил он. — Честное слово, как будто домой попал. Вот только лавки у нас другие и цветов мы в избе не держим.
— Эй, есть кто живой? Ау! — крикнул Таль.
В сторону погреба прошмыгнула потревоженная криком черная как ночь кошка.
— Не вопи! — одернул его Северин.
— А кто здесь живет?
— Не твое дело! — отрезал Белозор.
— Есть охота, — заканючил второй наемник.
— Так идите, состряпайте чего-нибудь удобоваримое, — предложил им хитрый маг. — Я же пока что печь растоплю.
Внимательно изучив содержимое погреба, друзья решили напечь блинов. А дочка знахаря прямо-таки засветилась от счастья, нечаянно наткнувшись на пузатый кувшин яблочного варенья.