Больше всех празднику радовались те горожане, которым предстояло получить честно или не честно заслуженное звание из рук почетного глашатая Синельска. Другие жители тоже не оставались в стороне и с удовольствием почитали торжество своим присутствием. После официальной части они накачивались бродилкой и веселились в свое удовольствие до самого рассвета. Да и как же тут не веселиться, когда к празднику градоправитель созывал отовсюду гусляров и разорялся на бесплатную раздачу булок (не больше двух в одни руки).
Усерднее всех на главную площадь рвалась Веста, не сколько из-за любви к публичным мероприятиям, сколько из-за любви к сложнику по имени Эсбер, без присутствия которого не обходился ни один праздник. В то наполненное приятными хлопотами утро Веста пригласила своих гостей на праздник. Юные наемники и Ястребинка встретили на ура предложение бывшей ведьмы, они очень хотели поглазеть на это многообещающее зрелище. Согласился и маг, правда, без особого энтузиазма, потому что не любил больших скоплений народа. Но праздник начинался только вечером, а до вечера еще была уйма времени, и поэтому можно было заниматься своими привычными делами. После легкого завтрака Яська решила еще немного поспать. Ей надоело смотреть на скучные тренировки юных наемников. Все они проходили по одной схеме, а Северин следил за тем как Таль и Растрепай изображают битву с невидимым противником.
— Атака!.. Выход!.. Атака!.. Выход!.. Слабовато!.. — Со двора доносились крики мага.
"Все-таки есть плюсы в моем обучении у господина Веста! Можно сказать, что очень устала и пойти отсыпаться!" — радостно подумала юная чародейка, зарываясь носом в мягкую подушку.
Когда Белозору надоедало наблюдать за отрабатываемыми ударами, тогда он тоже брался за меч и наемникам, которым и без этого было несладко, приходилось еще хуже. Иногда они нападали на мага все вместе, с разных сторон, а Ястребинка атаковала боевыми заклинаниями. Но Северин играючи отбивал и летящую в его сторону сталь, и заклинания, и даже успевал ругать наемников за однообразие приемов. И так чуть ли не каждый день…
— Живо собирайтесь! — закричала вернувшаяся с работы Веста. — Я их по всему дому ищу, а они на заднем дворе мечами машут!
— К чему такая спешка? — Маг вылил ведро воды на бесчувственного Растрепая.
— Закругляйтесь уже!.. Северин, что ты сделал с мальчиком?
— Э-э-э… Я его вырубил… Нечаянно. Сейчас очухается, — с этими словами Белозор наклонился и похлопал вихрастого наемника по мокрым щекам. Жалобно стонущий Растрепай открыл глаза и дрожащей рукой пощупал вскочившую на темени шишку.
— Ну вот, живой и здоровый!.. Так что ты говоришь насчет праздника?
— Будто ты не знаешь! Эсбер попросил меня придти сразу же после обеда, чтобы помочь ему с приготовлениями. Кстати, ваша помощь тоже будет не лишней! — Она бросилась обратно в дом, чтобы принарядиться и прихорошиться в честь такого знаменательного события.
Главная площадь Синельска выглядела чистой, ухоженной и, сверх того, казалась совсем недавно вымощенной, а окружающие площадь дома были новенькими и опрятными.
Если знатные гости ехали по большой мощеной дороге, то непременно попадали на площадь, а после в богато убранные покои градоправителя Ютора и, погостив, отбывали той же дорогой восвояси. Таким образом градоправитель пускал визитерам пыль в глаза, выдавая свой город за самый чистый и ухоженный город на свете.
Горожане во главе с Ютором очень даже приветствовали всякого рода праздники, устраиваемые в городе. Учитывая данный факт, под представление был выделен помост для оглашения указов.
Когда бывшая ведьма и ее компания заявились в центр Синельска, по площади уже витал аромат свежеиспеченных дармовых булок и разудалые напевы приглашенных гусляров, которые еще не разошлись в полную молодецкую силу, а всего лишь распевались.
Яська с любопытством смотрела по сторонам. Ведь на площади вовсю кипела работа: добровольцы прибивали к помосту цветочные гирлянды, подметали, поливали клумбы, на которых кроме травы ничего не росло и ссорились то друг с другом, то с путающейся под ногами ватагой мальчишек. Кроме того, непосредственной близи с помостом еще с самого утра обустраивали удобное ложе для градоправителя и его благоверной. А на другом конце площади, на приличном расстоянии от земли, вращался кристалл-ловушка, надменно поблескивая своими многогранными боками.