Возле дома напротив, на лавочке сидели двое ребятишек лет восьми, они с любопытством уставились на Белозора и застенчиво отмалчивались, когда он предпринял попытку расспросить о знахаре.
"Надо было у Ледяна выведать, пока тот еще разговаривал!", — мысленно сокрушался маг, направляясь к центральной улице села.
Посередине улицы возвышался высокий деревянный дом, который исполнял роль местного питейного заведения. Над входом красовалась покосившаяся надпись для грамотных селян (коих можно было пересчитать по пальцам) впрочем, неграмотные и без надписи знали, что это была корчма. Если точнее, то надпись гласила: "орчма", буква "к" валялась под дверью, обильно покрытая грязными следами ног и рук (не всем же быть прямоходящими после обильных возлияний). На двери висел тяжелый замок. На первый взгляд казалось, что внутри никого нет, однако в темных глубинах просторного помещения кто-то надрывно икал. Поэтому на всякий случай Северин вежливо постучал, точнее, побарабанил кулаком по двери. В корчме воцарилась тишина.
"Хм, посмотрим, что будет дальше", — подумал Северин, занимая пост на расположенной под раскидистой черемухой скамейке.
Ждать пришлось не долго. Возле корчмы, словно из-под земли, возник почтенный старец с палкой в руке. Новоприбывший являл собой местного долгожителя по имени Толок. Не лишним будет упомянуть, что наличие замка на двери питейного заведения сильно озадачило старца. Толок имел очень плохое зрение, поэтому на всякий случай пощупал замок, все еще надеясь, что это всего лишь плод его воображения.
— Ох! Что делается! — запричитал дед, окончательно убедившись, что в этот день ему не суждено пропустить кружку-другую.
— Доброго здоровья, — поздоровался с несостоявшимся клиентом Северин.
Толок обернулся и старательно вгляделся в сидящего на лавке субъекта, однако опознать его так и не смог.
— Шкар, ты что ли? — наугад спросил старик.
— Ну да, — подыграл Белозор.
— А чево ты не в поле? — спросил обрадованный своей проницательностью дедок.
— Дык я только что оттуда, — ответил хитрый маг. — Спину прихватило, Усатин нужен.
— Ох, и шел бы прям к нему! А тута чево забыл? Ты ж непьющий.
— Правда? — удивился Северин. — Э… Ну так здесь я… знахаря искал.
— Удумал! Он сам бродилку гонит, сюды продает. А ты и не знал, поди? — Толок подсел к магу на лавочку, но, сколько бы он ни щурился, этот расплывающийся тройной силуэт оставался для него все такой же загадкой.
— Его побочный заработок мне малоинтересен, — зевнул псевдо-Шкар.
— Поба… Чем? — не понял дед. — Ох, не по нраву мне все это, Шкар! Заговорил ты как-то чудно. Али на солнце изжарился?
— Ох, изжарился! Да так изжарился, что даже дорогу к знахарю нашему забыл. — Белозор для пущей убедительности схватился за голову.
— Поди ж ты! — всплеснул руками Толок и нечаянно выронил свою палку.
Мнимая жертва солнечного удара подняла ее и вручила обратно старику.
— Вона видишь хоромы полярские? — пустился в объяснение дед, тыча сухим, морщинистым пальцем в сторону замка. — А рядом с ними две избы напротив? В той, что поболее наш Усатин и живет-поживает, да медок попивает.
— Ага. Понял.
— А как сынки твои? — не унимался болтливый Толок.
— Хорошо, — отделался общей фразой лже-Шкар.
— Кого из них ты хотел кузнецу в помощники-то отдать?
— Никого. Я уже передумал, — с невозмутимым видом соврал маг.
— Как? А кузнец сказывал, что вы вечор уговорились, — не понял дед.
— Ну!.. Всех троих отдам! — ляпнул Северин, раздумывая над тем как отвязаться от старикана без причинения последнему какого-либо вреда.
— И! — изумленно воскликнул Толок. — А кто ж у тебя третий?
— Послышалось тебе, старче. Я сказал "всех двоих к кузнецу отдам", — Белозор поспешил замять свою оплошность. — Ну, я пошел. А то плохо мне, голова трещит! Будь здоров! — Он быстрым шагом направился обратно к замку. Впрочем, до него тут же донеслись слова приставучего Толока, который из вредности сделал вид, что не расслышал слов псевдо-Шкара:
— Шкар, а чего корчму-то нашу заперли?
И тут же сам себе ответил:
— Верно, подрался хто-нить, как на той неделе. Соседки мужу нос поломали… но енто еще ничаво. Вот свекор моей внучатой племянницы, так он…
Отойдя от собеседника на приличное расстояние, Северин облегченно выдохнул и подумал, что может оно и к лучшему, что здешние люди сторонятся его. Когда указанный дедом путь привел мага к избе знахаря, у Белозора вновь появилось чувство, что он попал не по адресу, потому что деревянные косяки дверей и окон украшала красивая резьба, говорящая о хорошем достатке владельца. Вдобавок за новенькой избой находился густой, ухоженный сад.