— А меч у тебя паршивый! — усмехнулся Лагем, подбирая трофей. — Куда прежний дел? Пропил?
— А он где-то здесь, — загадочно протянул Северин. — И я предлагаю поискать его. Если, конечно, ты так остро нуждаешься в приличном оружии.
— Белозор! Ты как обычно — ни себе, ни другим! Все такая же скотина!
— Здесь я не согласен. Видишь ли, мысль, что ни у тебя, ни у Караггана не будет моего верного меча, согревает душу получше первосортной бродилки!
— Сколько сарказма! Создается впечатление, что это ты застал меня врасплох. Только спешу напомнить, что я пленил тебя, а не наоборот!.. Сейчас мы перенесемся в Перелог… И без глупостей!
Когда медноволосый отвлекся на пару секунд, чтобы поправить свой красующийся на груди амулет, Северин бросил перстень в размокшую грязь и мягкой поступью зашел в сиреневые вихри магического коридора.
Ближе к утру внутри временного пристанища наемников и Яськи стало так же холодно, как и на улице. Продрогшему до костей сыну мельника даже приснилось будто его вероломно спихнули в прорубь двоюродные братья. Растрепай вздрогнул и проснулся.
— Дядя… Тьфу! Господин Белозор, комната остыла, — пожаловался он, не решаясь выползти из-под своего покрывала.
Ответа не последовало.
— У меня ногти на руках посинели. И на ногах, наверное тоже… А еще я себе бок отлежал!
Тишина.
— Магам-то хорошо, — продолжал он свой монолог, — пошептал и сразу тепло стало! А нам как?
Молчание.
— Господин Белозор, заколдуй Трепу, чтоб во сне не разговаривал! — пробурчала Ястребинка.
— Я вам заколдую! — незамедлительно отреагировал сын мельника. — Просто я замерз!
Юная чародейка с трудом разомкнула очи, потянулась и, ежась от промозглой сырости, осмотрелась.
— Его здесь нет!
На том месте, где должен был опочивать маг, находился лишь вдетый в ножны меч, неподалеку обнаружился скомканный плащ Белозора и его походный мешок.
— Как нет? — Трепа одним махом выпрыгнул из своего ложа. — Как он мог оставить нас одних, на верную погибель? А вдруг волки заявятся? Или…, - он сделал большие глаза и понизил голос до зловещего шепота, — или оборотни?
— Не появятся. — Ястребинка уже деловито расхаживала возле входа, пытаясь определить, сколько часов назад погас костер. — А может он охотиться ушел?
— Зачем? У нас еще много еды. — Растрепай окинул нежным взором мешок с провиантом.
— Ну чего разгалделись? — раздался сонный голос Тальки. — Господин Белозор, скажи им, чтоб замолчали.
— Кого ты просишь? Между прочим, он пропал! — сообщил ему сын мельника.
— Ага! Как же! Пропадет такой! — проворчал Таль, переворачиваясь на другой бок. — Выспаться толком не дают!
Оставив спящего Тальку в покое, они решили осмотреть руины древнего поселения, в глубине души надеясь встретить там Северина.
Бледное небо мутно-белой простыней простиралось над пустыми каменными угодьями. Такими печальными и тихими, что эта печаль волей-неволей передалась юной чародейке и вихрастому наемнику. Ястребинка досадливо пнула ногой камешек, который проскакав по дороге, плюхнулся в широкую лужу.
— Трепа, может он предупреждал тебя? — с отчаянием в голосе спросила она.
— Почем я знаю? Я сплю крепко, мог и не услыхать. И с чего это он отчитываться передо мной будет? Я что ль ученик его?
Прошедший ночью дождь размыл землю, особенно по бокам каменных плит и от этого они казались утопленными в грязи, а легкий утренний мороз даже успел высеребрить кромки луж хрупкой коркой льда. Спустя несколько минут Яська обнаружила вмерзшие в землю следы, которые вели в сторону каменных столбов.
— Смотри, здесь другие следы! — прокричал Трепа, опередив ее на двадцать шагов. — Ой, как мне все это не нравится!
— Погоди ты! — сказала догнавшая его Яська. — Видишь, драки не было, иначе отпечатков подошв было бы гораздо больше… Вот здесь он стоял, вроде бы… А потом пошел в ту сторону.
— Пойдем и мы, но только обратно к Тальке, — пролепетал сын мельника, испуганно озираясь по сторонам.
Однако упрямая Ястребинка потащила его в сторону леса, но и от этого толку было мало, потому что вскоре следы оборвались самым загадочным образом. Она задумалась, а Трепа молча грыз ноготь, он не смел жаловаться на судьбу потому как знал, что его причитания непременно разозлят юную чародейку.
Порывы холодного ветра срывали с деревьев жалкие остатки листвы. Несколько минут спустя сильный ветер проделал брешь в нависшей мутновато-серой туче, и воздух наполнился робкими лучами солнца.