— Добрый вечер. А я никогда и не думал к вам приходить. — уверенно произнёс Правдин.
— Честно сказать вы меня очень удивили. У вас такой честный и справедливый был отец. А вы так… — с небольшой, но выраженной аффектацией в речи произнёс Щербаков.
— Но не вам судить. — грубоватым тонном сказал Правдин.
— Да, вы несомненно правы. Вы же бывший судья товарищ Правдин, вам как никак видней кого и как судить. Скажу вам по секрету я вашему отцу большую взятку пытался дать, да только он даже думать не стал. Но вы его точно превзошли. Ей богу превзошли. — с едким смехом ответил мэр.
— Что за фарс вы здесь разыгрываете. Делайте свою работу и не суйте свой нос в мою личную жизнь. — с внутренней злобой произнёс Правдин.
— Не нравится. Ну да нечего страшного. Никому не нравится. — ещё немного посмеявшись сказал Щербаков. — Теперь перейдём к делу. Мне нужны от вас документы на вашу недвижимость. — продолжил мэр.
Правдин достал потрёпанный дипломат, откуда вызволил пять связок ключей, две папки с документами и положил на стол. Щербаков пару секунд смотрел на стол, после чего взял всё в руки и переложил под стол. Дальше мэр уткнулся в монитор компьютера, который стоял правее и начал что-то искать, а уже через минуту он написал на небольшом листочке два адреса.
— Вот тебе два адреса. Первый это твоя коммуналка, где ты будешь жить, а второй адрес это твоя новая робота в магазине «Семёрочка». — отдав листочек проговорил Щербаков. — Всего хорошего. — дополнил он.
— И вам не хворать. — ответил Правдин.
Выйдя из здания администрации, Правдин вызвал такси до первого адреса. А пока ждал, думал о мэре: «Ну и скотина этот мэр. Он, наверное, много денег своровал, много взяток брал и давал. И никто его так и не осадил. Я лишь один раз попытался и то даже взять почти не успел, а уже наказан.» В эту минуту Павлу как никогда стало обидно и досадно. Такой несправедливости было достаточно, а не решали её потому что это было не выгодно. Идеала достичь невозможно, но можно хотя бы попытаться что-то изменить в этом жестоком мире, сделать его человечнее. Не должны преступники управлять честным народом. Быть справедливым — значит оставаться человеком.
Вот уже подъехало такси, Павел не торопливо загрузил сумки в багажник и сел в машину. Теперь ему предстояло доехать до другого конца Лужинска, где он должен обрести новую жизнь, жизнь полную преград и ям.
Глава 7
Близилось к ночи, когда такси доехало до места назначения. Павел всю дорогу смотрел в размытое от пыли и грязи окно. На душе его образовались камни обид и разочарований. Сердце замирало от неизвестности. И только где-то очень глубоко внутри ему было интересно и радостно. Палитра чувств была самой разнообразной и непредсказуемой.
Улица Заводская дом 6, именно здесь Правдину предстояло строить свою новую жизнь. Дом этот был трёхэтажный, построенный в старом стиле из бетонных пластов. Покрашен он был в бледно-жёлтый цвет. Рядом с этим домом уверенно стояли большие и красивые здания. Они совсем не вписывались в эту картину строительного неравенства. Свет в окнах бледного муравейника почти не горел, только пару фонарей излучали жёлтый блик. Тишина и промежуточный мрак окутал улицу.
Пройдя пару метров Правдин оказался у металлической двери своего подъезда. Эта дверь была единственным атрибутом чего-то нового в этом старом и потрепанным временем здание. Поднявшись на второй этаж, Правдин очутился у порога своей коммуналки номер 5. Он не знал и даже не представлял с кем ему придётся разделять совместный быт. Звонка на стене не было, как и не было глазка на двери. Пришлось стучаться. После четырёх средних и протяжных ударов по лакированному дубу, дверь отварилась. На пороге стоял седой старик в очках, тяжёлое дыхание которого отчётливо слышалось в поздней тишине. Посмотрев, на Правдина он спросил:
— Вы зачем здесь? Ещё и в такой поздний час.
— Я к вам заселяться. — стремглав ответил Правдин.
— Заселяться? — переспросил старик.
— Да. — повторил Павел и добавил — Дайте же мне пройти.
— Проходите — недоверчиво ответил старик.
Правдин прошёл по небольшому коридору, который вёл в скудную кухню. Все стены в коммуналке были с какой-то жёлтой копотью, которая устрашала и вызывала отвращение у Павла. По бокам было четыре комнаты из которых три жилых помещений и один туалет. Позже после чашечки чая и скромной беседы, Правдин узнаёт, что старика зовут Платонов Василий Сергеевич. Платонов является потенциальным лицом без определённого места жительства, он никогда не имел своего дома и все свои дни коротал здесь или на металлургическом заводе, работая разнорабочим. «Какая же у него несчастная жизнь и как мне всё-таки повезло, что я прожил хотя бы 27 лет в теплоте и достатке» подумал Павел. Третьего в квартире не было. По рассказам Платонова пару месяцев назад здесь спился и умер мужчина средних лет все его звали Птаха. Хороший и позитивный говорит всегда был и непонятно только почему пить начал. Всё время их разговора Платонов тяжело дышал и кашлял. Взгляд старика сквозь линзы очков как будто пронзал человеческое нутро, морщинистое лицо его только устрашало и настораживало. По началу Правдину было не по себе от серьёзного вида Платонова, после же, когда он услышал голос и послушал его речи, всё беспокойство покинуло его уставшую голову. Старик ещё что-то продолжал монотонно рассказывать про своё тяжёлое детство и юность, но Павел уже почти засыпал за столом с порезанной как решето клеёнкой. Он уже не мог не о чём думать, усталость так и давила на его веки.