Дмитрий тоже поднялся и подошёл к ней.
— О, да тут целый винтажный магазин, — фыркнул он, поднимая что-то похожее на старый растянутый свитер цвета горчицы. — Ладно, что есть, то есть.
Они быстро разобрали находки.
Камилле достались ярко-желтая дутая куртка с прожжённой сигаретой дыркой на рукаве, джинсы, слегка протёртые в зоне бёдер, красная фланелевая рубашка в клетку, пара вязаных носков в катышках и старые коричневые угги.
Дмитрию пришлось довольствоватьсясвитером горчичного цвета с высоким горлом, спортивными штанами с вытянутыми коленями, грубыми мужскими берцами со стёртыми мысами и спецовкой с подписью «Мосэнерго» на спине.
Одежда не подходила по размеру, то болталась, то сидела внатяжку, но выбирать не приходилось.
— Ну, если нас поймают, я хотя бы скажу, что просто вышел на перекур во время работы, — ухмыльнулся русоволосый мужчина, натягивая спецовку.
Когда Камилла встряхнула куртку, из кармана выпало несколько бумажек.
— Что это? — спросил Дмитрий.
Одна из них оказалась мятой купюрой номиналом 50 рублей, другая же была похожа на мусор. Она развернула клочок, который оказался старым билетом на электричку. Затем перевела задумчивый взгляд на своего спутника.
— Значит, здесь должна быть станция неподалеку.
Мужчина кивнул.
— Возможно. Это значит, что нам не стоит здесь задерживаться.
Девушка снова осмотрела полки. Сверху что-то блеснуло и привлекло ее внимание.
— Смотри, Дим. Что там?
Дмитрий проследил за её взглядом – на верхней полке аккуратным рядом стояли стеклянные банки. Маринованные огурцы, квашенная капуста, грибная солянка, пара банок варенья. Старая, но пока не вздутая тушёнка.
Он многозначительно приподнял бровь.
— Если не боимся заболеть ботулизмом, то можно рискнуть.
Камилла ухмыльнулась, жестом показывая ему передать ей банку.
— Ничего, я нас потом вылечу.
Голод оказался сильнее брезгливости.
Дмитрий открутил первую попавшуюся крышку. Запах уксуса и специй ударил в нос. Консервированные овощи выглядели съедобно. Он подцепил пальцами огурец, осторожно попробовал, затем, не раздумывая, сунул в рот.
— Официально наш лучший день, — пробормотал он, оглядываясь в поисках ложки или хотя бы чего-то похожего на столовый прибор.
Камилла присоединилась к трапезе, думая о том, когда в последний раз питалась нормально.
Ели молча. На какое-то время всё остальное перестало существовать.
И только утолив первоначальный голод девушка заметила, как сильно покраснели щёки Дмитрия. Как часто он морщился от лёгкой боли. Как устало жмурился.
— Дим… — осторожно начала она.
— Что?
— Скажи честно, ты же плохо себя чувствуешь?
Он слишком быстро отвёл взгляд.
— Всё нормально, — хрипло бросил мужчина, с силой закручивая крышку банки с излишним усилием, а по напряжённой линии челюсти стало ясно – ему хуже, чем он показывает.
Но спорить сейчас не имело смысла.
— Нам нужно двигаться дальше, — наконец сказала Камилла.
Дмитрий провёл рукой по лицу, будто пытаясь разогнать усталость.
— Варианты?
— Поищем станцию. Нам нужно понять, где мы и в каком направлении ехать.
— У нас нет денег, — напомнил он, пристально наблюдая, как девушка достаёт из кармана скомканную купюру.
Камилла повертела её в пальцах.
— Значит, надо что-то придумать.
Дмитрий медленно вздохнул.
— Например?
Его собеседница приподняла бровь, будто ответ был очевиден.
— Например, выиграть.
Русоволосый мужчина взглянул на неё, как на сумасшедшую.
— Ками, конечно, я не сомневаюсь в твоих талантах, но если ты предлагаешь казино, то у нас не хватит бюджета даже на входной билет.
Она фыркнула, но в глазах промелькнула искра идеи.