— Дим, это плохая идея.
Камилла резко остановилась, удерживая его за рукав.
Дмитрий обернулся, его лицо оставалось собранным, но в глазах мелькнуло нетерпение. Время работало против них.
— У нас нет выбора. — Его пальцы сжались на её запястье, будто он боялся, что она сорвётся и побежит в другую сторону. — Мы слишком заметны вместе. Я проверю, есть ли патрули, и, если всё чисто, ты придёшь позже.
Он потянул её дальше, быстрым шагом ведя через пустующую автостоянку возле мотеля.
Камилла запоздало сообразила, как глупо было думать, что они могут просто исчезнуть. На каждой заправке, в каждом магазине, за каждым углом мог оказаться человек, который уже видел их фотографии по новостям.
Она шла, но внутри всё сопротивлялось.
Дмитрий почувствовал её заминку, сильнее сжал её руку, словно стремясь передать своё спокойствие.
— Это ненадолго, Кам. Дай мне немного времени.
Она сглотнула, быстро огляделась.
Тусклый свет фонарей размывал чёткие очертания машин, вечернее небо нависало тяжёлым куполом, поглощая последние отблески дня. Вдалеке, у поворота, замигали фары.
Девушка напряглась.
Дмитрий тоже заметил это. Его голос прозвучал мягко.
— Просто доверься мне.
Она глубоко вдохнула, заставляя себя подавить тревогу.
— Хорошо.
Но холодное ощущение, свернувшееся в животе, не исчезло.
***
Город жил своей жизнью, не замечая её тревоги. Машины лениво текли по мокрому асфальту, фары отражались в тонкой корке льда на бордюрах. Прохожие, кутаясь в шарфы, спешили по своим делам, время от времени поглядывая под ноги, чтобы не поскользнуться. В воздухе витал запах мокрого снега и бензина.
Камилла шла осторожно, держась ближе к зданиям, будто могла раствориться в их стенах. Избегала встречаться с людьми взглядами, старалась слиться с потоком, стать невидимой.
Дмитрий уже должен был подойти к автовокзалу.
Она свернула в переулок, ведущий к площади перед стоянкой автобусов. Узкий, тёмный проход между зданиями пах сыростью и старыми трубами.
Девушка ускорила шаг.
И в этот момент её накрыло.
Это было не просто тревога – что-то чужое, липкое, врезалось в её сознание. Ощущение опасности, тянущееся со всех сторон, как невидимые нити, цепляющие её за кожу.
Чужие взгляды.
Засада.
Холодная волна страха скользнула по позвоночнику.
Она замедлила шаг, вслушиваясь. Сердце заколотилось в груди, дыхание стало поверхностным. В голове пронеслась мысль.
«Срочно свернуть, уйти, найти другой путь…»
Но было поздно.
Визг тормозов разорвал привычный городской шум.
На соседней улице, на которую она ещё не успела выйти, резко вывернула патрульная машина. Яркий ритмичный свет мигалки осветил переулок.
Лицо девушки вспыхнуло в отблесках синего и белого.
Щёлкнули дверные замки, открываясь почти одновременно.
Из машины вышли двое.
Камилла не могла разглядеть их лиц, но она почувствовала их намерения.
Эти люди не собирались просто задавать вопросы.
— Стоять! — Голос был резким, властным, с оттенком самодовольного удовлетворения.
Девушка замерла, мышцы напряглись, словно перед прыжком.
Из темноты выступил первый полицейский, и свет фар выхватил его лицо.
Худой и невысокий с чуть желтоватой кожей, будто он месяцами питался только сигаретами и дешевым кофе. Уши, торчащие в стороны, словно он специально выдвигал их вперёд, чтобы удержать на голове фуражку. Губы тонкие, плотно сжатые, а в глубоко посаженных глазах – скользкий, неприятный блеск.
Самодовольство от него шло волнами, как от человека, который только что сорвал джекпот.
«Шакал», — с отвращением подумала Камилла.
Ещё до всех своих приключений она встречала подобных людей – обличенных малой властью, но при этом уверенных в своей полной безнаказанности. Они не просто выполняли свою работу, они упивались своей мнимой значимостью.
Напарник скалящегося полицейского двигался медленнее, но, когда он подошел ближе к Камилле, то его силуэт мгновенно перекрыл собой свет фар.