— Принято, двигаемся.
Ищейки мгновенно рванули к внедорожнику, двери хлопнули, колёса взвизгнули по обледенелому асфальту. Машина сорвалась с места, оставляя за собой шлейф талого снега.
— Отправьте дрон, пусть проверит периметр, — приказал высокий, защёлкивая ремень безопасности.
— Уже в воздухе, — отозвался оператор.
Вдалеке, среди нагромождения заснеженных ангаров, мелькнул огонёк – квадрокоптер скользнул в лабиринт старых зданий, выслеживая добычу.
Заброшенный склад стоял на отшибе, на самой окраине промзоны.
Когда на землю начала медленно опускаться вечерняя темнота, чёрный автомобиль бесшумно притормозил у ржавых ворот, припорошенных свежим снегом. Фары коротко моргнули, осветив застывший во льду асфальт, затем погасли.
Тишина.
Только лёгкий пар вырывался из-под капота в морозном воздухе.
— Они здесь, — тихо сказал лысый, выходя из машины и оставляя на снегу глубокие следы.
— Значит, берём их, — кивнул высокий и жестом скомандовал напарникам двигаться ко входу.
Металлическая дверь со скрежетом приоткрылась. Ржавые балки под потолком, покосившиеся стеллажи, бетонный пол, местами покрытый трещинами и разводами масла. В воздухе пахло пылью и сыростью.
В помещение вошли все четверо.
Трое мужчин, одна женщина.
Один из агентов держал руку на оружии, другой проверял пространство взглядом.
Они двигались быстро, бесшумно, каждый занимал позицию, привычно прочёсывая пространство. Темнота не пугала их – приборы ночного видения и встроенные в гарнитуры датчики движения делали своё дело.
— Внимание, — прошипела женщина-ищейка, перехватывая оружие поудобнее. — Чувствуете?
Склад казался слишком… Живым.
Определённо, они были не одни.
Почти одновременно с её словами с потолка с грохотом рухнула труба, ударившись о стеллажи и разлетевшись в сторону. Звук разнёсся многократно усиленным эхом, будто вокруг них бродил невидимый гигант.
— Контакт! — раздался голос в гарнитуре.
Агент слева резко развернулся, держа оружие наготове. В темноте что-то шевельнулось. Или ему показалось?
— Звук искажается, — тихо бросил его напарник, вжимаясь в стену.
Второй удар – прут, грохнувшийся об пол, заставил двоих дёрнуться. Кто-то непроизвольно сжал курок, раздался сухой хлопок выстрела.
И тут началось.
Гул.
Нечеловеческий. Глубокий. Давящий.
Он рождался везде и сразу – в стенах, под ногами, в самих грудных клетках. Он вибрировал в рёбрах, вдавливаясь в кожу, пробираясь в кости, словно внутренний голос, от которого невозможно избавиться.
У агентов зазвенело в ушах. Кто-то судорожно схватился за гарнитуру, но её динамик лишь захлебнулся фоновыми помехами.
Частота звука била прямо по нервам.
— Чёрт… — один из орденцев сжал голову, словно пытаясь вытряхнуть из себя этот назойливый шум.
— Это… — лысый с трудом собрал мысли. — Похоже на отвлекающий манёвр. Они здесь.
Но он не успел договорить.
Давление на них усилилось.
Что-то было здесь.
Невидимое. Неподвижное. Оно не дышало, не шевелилось – но они чувствовали его.
Они знали, что оно смотрит.
Зрение ничего не ловило, но разум ощущал тяжесть взгляда. Он давил, как груз на грудной клетке, не давая вдохнуть полной грудью.
И тогда раздался голос.
Тихий. Женский.
Пронзающий насквозь само нутро.
— Вы опоздали.
Холодок пробежал по спинам.
Они не ожидали сопротивления.
Беглецы должны были бежать. Прятаться.Избегать схватки.
Но вместо этого Камилла выходила к ним сама.
— Стоять! Руки за голову! — высокий агент рявкнул, вскидывая пистолет.
Её не смутил ствол, направленный прямо в лицо. Она просто продолжала идти, плавно, без тени сомнения, будто была уверена, что никто не выстрелит.
— Нет.
Её голос был мягким, но режущим. Он пробирался прямо в сознание, заставляя кровь стынуть в жилах.