Она рассмеялась – хрипло, коротко. И, как ни странно, стало чуть легче.
— Ну хоть не выгляжу как героиня дешёвой мелодрамы, — отозвалась Камилла, криво усмехнувшись.
Девушка снова посмотрела в зеркало, и усмешка постепенно сошла с её лица.
— Ладно. Хватит балагана. Теперь твоя очередь. Надо понять, как изменить твою физиономию.
— Ох… У меня плохое предчувствие, — пробормотал мужчина. — Пожалуйста, не делай меня рыжеволосой девочкой с веснушками.
Камилла повернулась к нему, чуть сощурившись. В её взгляде мелькнул озорной огонёк.
— Веснушки, говоришь?
— Ками, я предупреждаю... — Дмитрий сразу выставил перед собой ладони в шутливом защитном жесте.
— Расслабься, — она подошла ближе. — Это будет мягко. Наверное.
Он тяжело выдохнул.
— Знаешь, обычно фраза «расслабься» передаёт совсем другое настроение...
— Тогда просто не сопротивляйся.
Она подняла ладонь и чуть коснулась его щеки. Не физически – на коже осталась едва уловимая вибрация, как от статического электричества.
Дмитрий вздрогнул.
— Ты уверена, что это безопасно?
— Нет.
Он хотел что-то сказать, но замер. Камилла сосредоточилась. Её взгляд стал стеклянным, глубоко сфокусированным, как будто она «нащупывала» его изнутри.
Он был другим внутри. Не такой пластичный, как она. Более стабильный, более «фиксированный». Он не гнулся под её волей.
Камилла попробовала «вжаться» в его биополе. Подтолкнуть. Сместить контур.
Его лицо начало меняться – медленно, как будто с усилием. Черты чуть сместились: подбородок стал острее, линия носа – тоньше, щетина исчезла, глаза стали светлее на пару тонов.
Мужчина дёрнулся.
— Чёрт, это… Неприятно, как будто кто-то моё лицо перетягивается изнутри!
— Не двигайся. И не паникуй, а то снова станешь похож на себя.
— Это угроза или констатация?
Камилла чуть скривилась – и опустила руку.
Новая личина сдулась, как спускающий воздух шарик. Лицо Дмитрия вернулось к своему первоначальному виду.
— Ну что ж, я могу только немного подправить твою внешность, — спокойно сказала она. — Отдельные черты, может цвет кожи. Ты слишком... Устойчивый.
— Знаю, милая, что я стабильный. В резюме у меня так же написано, — пробормотал мужчина и потрогал лицо. — Щека онемела как после кабинета стоматолога.
— Ничего, — Камилла отступила. — Для того, чтобы обмануть камеры, нам таких изменений хватит. А дальше – просто будем держаться в тени, и никто не запомнит.
— Хорошо. Тогда поехали. Пока у Ордена ещё не начался новый сезон охоты…
***
Они вышли из забегаловки ближе к девяти. По-зимнему ранняя ночь уже давно укрыла город – густая, с золотыми бликами фонарей, отражающимися в лужах подтаявшего снега. Воздух был плотный, как пар в морозную баню: ни ветра, ни звуков, только мерный гул шоссе где-то вдалеке.
Камилла шла чуть впереди. В каждом её движении чувствовалась точность – выверенная осанка, спокойный, уверенный шаг, взгляд, не задерживающийся ни на чём лишнем. Ни одного знакомого жеста, ни капли прежней неуверенности. Она изменилась не только снаружи – будто сама её суть перелилась в новую форму.
Дмитрий следовал молча. Он до конца не верил, что идущая перед ним женщина – это всё ещё Камилла. Его Камилла. Её походка, её тень, её молчание – всё казалось чужим. Он не знал, куда делась та, с кем они сбежали, кто вернул его с того света в той проклятой лаборатории. Что до его собственной внешности – о ней он старался не думать вовсе.
До автовокзала они добрались довольно быстро. Площадка была полупустой: вокруг только фонари, снег под ногами и редкие силуэты людей, спешащих на последние рейсы. Большая часть автобусов уже разъехалась, оставалось лишь два-три, осуществляющих ночные, дальние маршруты.
Буквально через несколько минут уже подошли к стоящему в стороне транспортному средству с табличкой «Москва», тускло подсвеченному изнутри. Машина дремала на парковке, как зверь перед рывком – и они шагнули внутрь, не оглядываясь.