— Алхимик сказал: «Ничто не создаётся без разрушения». После этих слов всё начало рушиться. Башня, пол, стены. Я успела заметить на его шее медальон, похожий на тот, что мы нашли в церкви. А потом я проснулась.
Мужчина задумчиво провёл языком по зубам, затем резко щёлкнул пальцами.
— Погоди. Алхимический символ, ты можешь подробнее описать его?
Она вздрогнула.
— Круг, разделённый линиями. Что-то вроде цветка или солнца с лепестками. Почему ты спрашиваешь?
Дмитрий ухмыльнулся, достал смартфон и пару раз провёл пальцем по экрану.
— Потому что мне тоже есть, что тебе показать. — Он развернул к ней экран. — Я решил покопаться в том, что ты называешь «ерундой». И знаешь что? Этот символ связан с одной интересной личностью.
Камилла прищурилась, пытаясь рассмотреть изображение.
На экране был открыт портрет мужчины в тяжёлом тёмном кафтане, украшенном сложными узорами. Линия его плеч была прямая, будто выточенная из камня, а осанка – строгая, выдавала в нём человека с железной самодисциплиной. Его руки покоились на старинных кожаных книгах, переплёты которых были украшены потускневшим золотым тиснением.
Но больше всего внимание приковывало его лицо. Высокий лоб, тонкие, но резкие черты, выдающие острый ум. Глубоко посаженные тёмные глаза смотрели прямо вперёд, словно пронизывая каждого, кто осмелится взглянуть на него. В этом взгляде не было ни мягкости, ни покоя – только сосредоточенность и что-то ещё, неуловимое, заставляющее задержать дыхание.
Фон портрета тоже не был случайным. В полумраке угадывались размытые очертания алхимических символов, некоторые из которых Камилла уже видела прежде – на стенах монастыря, в руинах старой церкви, в своих снах. Среди них особенно выделялся круг, пересечённый линиями, напоминающий изображение солнца, окружённого узорами, похожими на лепестки.
Девушка не сразу осознала, что смотрит на него, затаив дыхание. Это лицо… Оно ей было знакомо. Нет, не в смысле, что она видела его раньше, но что-то в нём отзывалось странным эхом в глубине её сознания.
— Познакомься, — усмехнулся Дмитрий, наклоняя телефон еще ближе к ней. — Якоб Брюс. Человек, которого называли «русским Фаустом».
Камилла невольно ощутила, как внутри что-то сжалось.
— Брюс… — прошептала она, не отрывая взгляда от портрета.
Дмитрий удовлетворённо наблюдал за её реакцией.
— Ну что, Кам? Может, это уже больше, чем просто сон?
Не дожидаясь ответа, русоволосый мужчина вынул из рюкзака старую книгу, выглядящую достаточно потрёпанной, с пожелтевшими страницами и стилизованной под старинный шрифт обложкой. Она пахла пылью и временем, а её переплёт слегка поскрипывал, когда Дмитрий раскрывал ее.
— Якоб Брюс, — начал он, глядя на Камиллу поверх страниц. — Российский учёный, государственный деятель, военачальник, дипломат, инженер, к тому же один из ближайших сподвижников Петра I. И как считают некоторые, алхимик. Занимался оккультными науками, проводил эксперименты с жизнью и смертью, создал библиотеку магических книг.
Камилла скрестила руки на груди, её взгляд был прикован к книге.
— То есть ты хочешь сказать, — протянула она с прищуром, — что этот дед, умерший триста лет назад, как-то связан со мной?
— Я бы сказал, что это ты с ним связана. — Дмитрий усмехнулся, неторопливо перелистывая страницы, затем серьезно продолжил. — После нашей поездки я начал копаться в материалах. Сначала нашёл несколько алхимических трактатов, где фигурировал этот символ. Потом наткнулся на его упоминание в исторических архивах, в связи с алхимиками начала XVIII века.
Он наклонился ближе, понизив голос.
— Но самое интересное то, что этот знак чаще всего связывают именно с Брюсом из-за его попыток создать философский камень, который, согласно легендам, превращает свинец в золото, а еще дарует вечную жизнь.
Камилла нахмурилась.
— Ты сказал, что этот Брюс – учёный и государственный деятель. Но если он так знаменит, почему о его алхимических экспериментах почти ничего нет?
Дмитрий склонил голову.
— Потому что большая часть его трудов была либо засекречена, либо уничтожена после его смерти. Но кое-что осталось.
Он снова раскрыл книгу и пролистнул несколько страниц, пока не нашёл нужное.