— Всё это выглядит как один большой театр абсурда, — вздохнула девушка, наконец отложив меню. — Как, чёрт возьми, всё это связано с Брюсом? Может, ты ещё скажешь, что я его давно потерянная правнучка?
Её спутник хмыкнул, лениво откинувшись на спинку стула.
— Слушай, если окажется, что ты благородных кровей, это многое объяснит. Например, твою манию величия.
Камилла фыркнула.
— Ты так говоришь, будто я хожу по улицам в короне и раздаю указы.
— Пока нет, но у тебя ещё есть время. — Дмитрий ухмыльнулся и махнул официантке. — А пока что у тебя есть шанс хотя бы выбрать, что ты будешь есть, а то твои драматические монологи скоро доведут нас до голодного обморока.
Камилла с преувеличенной задумчивостью еще раз пролистала меню, затем отложила его.
— Кофе. Чёрный, без сахара.
— Ты же понимаешь, что на одном кофе далеко не уедешь?
— Посмотрим.
Дмитрий вздохнул, покачал головой и обратился к официантке, которая уже стояла рядом с блокнотом.
— Мне капучино и сэндвич с ветчиной. А этой даме…
— Только кофе, — перебила его Камилла, не дав договорить.
— Как скажете, — официантка коротко кивнула и удалилась, а мужчина вновь посмотрел на неё с лёгким недоумением.
— Ты же понимаешь, что твой рацион скоро сведётся к кофе и нервному истощению?
— Это не твоя забота, — бросила девушка, подперев щёку рукой.
Дмитрий сцепил пальцы в замок и чуть подался вперёд, его тон стал серьёзнее.
— Ладно, давай вернёмся к теме. Ты не можешь отрицать, что всё это как-то связано с той девушкой из твоих снов. Они начались не просто так. И, хочешь ты этого или нет, ты начала меняться.
— Ой, да брось, — девушка откинулась назад и сложила руки на груди. — Ты про мои глаза и… Кожу? Дим, ты переоцениваешь ситуацию. Это всего лишь хороший крем и восемь часов сна.
— Ками, перестань, — его голос стал твёрже. — Ты сама видела, как твоя ранка зажила. Это не крем, и не витамины группы B. Что-то происходит, и это явно связано с тем, что мы нашли.
Она на секунду отвернулась, наблюдая за туристами, неспешно гуляющими по территории. Её пальцы невольно крутили цепочку кулона, но в глазах мелькнуло напряжение.
— Ты хочешь знать, что я думаю? — продолжил Дмитрий, не дожидаясь её ответа. — Все эти символы, твои сны, твои изменения – это указывает на алхимический процесс.
— Ну конечно, — закатила глаза Камилла. — Превращение свинца в золото, мистическая магия, вечная жизнь… Ты ещё скажи, что скоро меня начнёт тянуть к пентаграммам.
— Суть алхимии не только в этом, — спокойно ответил он. — Алхимия – это процесс трансформации. Не только материи, но и души, сознания. Философский камень – это не про золото. Это символ завершённости, высшей формы существования. И, если мои догадки верны, твои изменения – это только начало.
Камилла медленно моргнула, а потом издевательски ухмыльнулась.
— Ты хочешь сказать, что я стану… Идеальной? Боже, Дима, где мой трон? И желательно с подогревом.
— Ты смеёшься, потому что боишься, — без эмоций ответил он, скрестив руки. — Я знаю тебя, Камилла. Ты всегда делаешь вид, что тебе плевать, потому что, если начнёшь воспринимать что-то всерьёз, это станет реальным. А сейчас ты боишься не того, что я прав, а своих истинных чувств.
Девушка замерла, стиснув зубы.
Она ненавидела, когда он читал её, как открытую книгу. И что хуже – он был прав.
Подошедшая официантка ловко поставила перед ними поднос с заказом: две чашки кофе, дымящиеся густым ароматом, и тарелку с сэндвичем, который явно был больше, чем Дмитрий ожидал.
— Приятного аппетита, — пробормотала девушка и удалилась, оставив их наедине.
Камилла тут же обхватила ладонями горячую чашку, словно пытаясь согреть не только пальцы, но и свои мысли.
Дмитрий же лениво взял сэндвич, бросив на неё насмешливый взгляд.
— Вижу, ты придерживаешься древней алхимической диеты: кофе и саморазрушение.
Она скосила на него взгляд, сделала глоток и с вызовом пожала плечами.
— Кофе – это эликсир жизни. Причём в отличие от твоего магического философского камня, он реально работает.