«Чего вы пялитесь?» — хотелось ей выкрикнуть, но вместо этого она резко села за свой стол. — «Сами все такие правильные, да? Лицемеры.»За столом её ждали несданные отчёты и непрочитанные письма. Её пальцы набрали пароль на клавиатуре, и экран монитора медленно ожил. Однако перед глазами уставшая девушка видела не рабочие задачи, а своё отражение. Внутренний голос шептал, что всё это – ненужный спектакль.
«Сначала кофе», — решила Камилла, направляясь в сторону кухни. Но едва она сделала пару шагов, как в коридоре показался Игорь Викторович, её начальник. Его лицо было напряжённым, и он сразу направился к ней.
— Камилла, зайдите ко мне, пожалуйста, — сказал он. Всё в его голосе говорило о том, что сейчас будет разговор, который она не забудет. Камилла почувствовала, как в её груди начинает нарастать злость. Она не собиралась молча слушать. Это был не тот человек, который имеет право её упрекать. Девушка встала со стула и направилась за Игорем Викторовичем.
Кабинет был типичным для таких мест: большие окна, через которые просачивался дневной свет, массивный стол из дерева тёмного оттенка, несколько массивных кресел. Всё вокруг будто бы кричало о том, что это территория человека, привыкшего командовать. Камилла вошла внутрь с лёгкой улыбкой. Её осанка была безупречно прямой, а взгляд – почти вызывающим. Короткие волосы девушки слегка растрепались, но это лишь добавляло небрежного шарма, а острый взгляд глаз сразу впился в мужчину.
— Камилла, сядь, — начал он, не поднимая головы. Его голос был твёрдым, но в нём чувствовалась скрытая усталость.
Она проигнорировала предложение, осталась стоять, скрестив руки на груди.
— Не думала, что ты начнёшь с приказов, — сказала она, приподнимая бровь. — Обычно всё начинается с твоего любимого: «Ты сегодня чудо как хороша, лапуля».
Мужчина замер на долю секунды, прежде чем поднять взгляд. В его глазах промелькнула раздражённость, но он быстро её подавил.
— Давай обойдёмся без сарказма. Мы оба знаем, зачем я тебя позвал.
— Правда? — Камилла наклонилась ближе, опершись руками о край стола. — Если ты хотел снова «поговорить по душам», как в последний раз, то у меня нет времени. И желания.
— Хватит! — Игорь Викторович повысил голос, ударив ладонью по столу. — Ты прекрасно знаешь, о чём я. Твои отчёты – вечно не вовремя. Прогулы. Конфликты с коллегами. И.… — он сделал паузу, глядя прямо ей в глаза, — Твои... Личные связи с сотрудниками.
Камилла рассмеялась. Её смех был тихим, но острым, как лезвие ножа.
— Игорюсик, ты про себя говоришь, да? — она выпрямилась и сцепила руки на груди. — Ну, конечно, теперь я виновата. Это ведь не ты названивал мне ночами, не ты «помогал» с карьерным ростом, обещая больше, чем мог дать. Всё дело во мне, верно?
Мужчина нахмурился, его кулаки сжались на столе.
— Я не собираюсь это обсуждать. Речь о твоей профессиональной несостоятельности и нарушении трудовой дисциплины. Это моё решение, и я считаю его правильным. Ты уволена. Сегодня твой последний день.
Слова «ты уволена» прозвучали, как выстрел, но Камилла лишь скривила губы в усмешке. Она наклонилась ближе, почти до его уровня.
— А теперь слушай меня, — сказала она холодно. — Вся эта работа – пустая трата времени, и ты это знаешь. Твоё решение? Смехотворно. А вот твоё лицо, когда твоя семья узнает, что у тебя был роман с подчинённой? — она сделала паузу, позволяя его тревоге проявиться в глазах. — Вот это я бы хотела увидеть. Интересно, что скажет твоя «любимая женушка»?
Мужчина побледнел, но старался держать лицо невозмутимым.
— Ты не сделаешь этого, — выдавил он. — Это уничтожит и тебя.
— Возможно. Но знаешь, в чём разница? Мне плевать. А тебе нет.
Камилла развернулась, направляясь к двери. На пороге остановилась и обернулась, бросив на него последний взгляд.
— Удачи с твоими «личными связями». Думаю, тебе она понадобится.
Дверь закрылась с глухим стуком, но эхо её гнева казалось громче, чем этот звук. Камилла шла по коридору быстрыми шагами, чувствуя, как взгляды коллег прожигали ей спину. Кто-то наверняка уже шептался о том, что только что произошло. Её лицо оставалось непроницаемым, но внутри всё кипело.