Фролов вошёл следом.
— Посмотрим, что изменилось после перехода, — спокойно сообщил он, постукивая пальцем по экрану планшета.
Ассистентка протянула руку, её пальцы были тонкими, точными, как у хирурга.
— Если не возражаете.
Камилла ничего не сказала. Где-то в глубине уже знала – результат будет необычным. Более того она пришла сюда по собственной воле, понимая, что сопротивляться сейчас бессмысленно. Она хотела понять, что именно с ней сделали и кем она теперь стала.
Её пальцы едва заметно дрогнули, когда спиртовой тампон коснулся сгиба локтя, оставляя на коже резкий запах чистого спирта.
— Будет небольшой укол, — буднично сообщила помощница ученого, словно это был рутинный анализ.
Камилла даже не моргнула, когда игла вошла в вену. Она наблюдала.
Тёмная, почти чёрная кровь медленно заполняла пробирку, густая, вязкая, отливающая под светом лабораторных ламп то глубоким алым, то золотистым, а в некоторых ракурсах фиолетовым оттенком.
— Двадцать миллилитров, — коротко произнесла ассистентка, извлекая иглу и передавая пробирку напарнику.
Камилла механически перевела взгляд на место укола. Раньше оставалась крошечная точка, едва заметный след. Но сейчас… Его не было. Кожа уже сгладилась, ровная и чистая, как будто прокола не было вовсе.
Девушка медленно подняла руку, провела кончиками пальцев по предплечью, пытаясь найти хоть намёк на след.
Ничего.
Гладкая кожа будто никогда и не пронзалась иглой. Её тело больше не позволяло оставлять на себе следы.
— Значит, это правда, — глава Ордена смотрел на неё с выражением искреннего восхищения.
Ученый, курирующий этот эксперимент, тем временем загрузил данные в систему. На мониторе появились графики, колебания, молекулярные цепочки.
— Её клетки делятся с аномальной скоростью, — пробормотал мужчина, вчитываясь в результаты. — Регенерация происходит почти мгновенно.
Камилла не сводила глаз с экрана. Она видела, как её организм восстанавливается в режиме реального времени.
— Но это только начало, — сказал Фролов, переводя взгляд на ассистента. — Что с составом крови?
Тот быстро проверил данные, затем застыл, его лицо отразило удивление.
— Показатели… Нестабильны.
— Что значит «нестабильны»? — насторожился Фролов.
— В её крови активны структуры, которые не встречаются в обычном человеческом организме, — продолжил ученый. — Они адаптируются к окружающей среде, изменяя свойства самой крови.
Александр наклонился ближе, его взгляд загорелся лихорадочным интересом.
— Покажите.
Сотрудник лаборатории ввёл в пробирку с кровью несколько капель неизвестного вещества. Через несколько секунд жидкость начала медленно менять цвет. Сначала она приобрела насыщенно-алый, а затем и вовсе – бледно-золотистый оттенок.
По лаборатории прокатился тихий, но ощутимый гул удивления – едва слышные перешёптывания, сдержанные вздохи, обмен взглядами.
Фролов развернулся к ней, его голос стал мягче, почти ласковым.
— Ты уже чувствуешь это, не так ли?
Камилла поймала его взгляд. Она знала. Но не хотела говорить вслух.
— Твоя кровь теперь – нечто большее, — мужчина медленно выдохнул, точно смакуя каждое слово. — Это кровь, способная творить чудеса.
Камилла почувствовала, как внутри что-то дёрнулось.
Глава Ордена отступил назад, давая ей время осмыслить услышанное. Но осознать это полностью она пока не могла. Она просто смотрела на золотистый отблеск в пробирке. Девушка хотела усомниться, сказать, что всё это научная ошибка… Но её тело говорило иначе. Она чувствовала внутри себя нечто новое, не просто силу, а… Потенциал.
Они были правы. Она действительно изменилась.
Александр медленно обвёл взглядом лабораторию, оценивая реакцию ассистентов. Его полные губы тронула лёгкая ухмылка – удовлетворённая, почти самодовольная.
— Приступаем ко второму этапу, — наконец произнёс он, переведя взгляд на Камиллу.