— Логично, — Дмитрий сделал вид, что теряет интерес. — А тебе часто приходится разбираться с этими точками?
— Бывает, — хмыкнул техник. — Когда очередной умник случайно блокирует дверь в стерильный отсек.
— Вряд ли тебе за это спасибо говорят, — поддел его Дмитрий.
— О, конечно! — с издёвкой протянул мужчина. — Они даже не замечают, что проблема решилась.
Дмитрий кивнул, делая вид, что разговор больше его не интересует. Но он заметил лёгкую досаду в глазах Павла – будто тому хотелось продолжить, поделиться ещё какими-то историями.
Это был правильный сигнал.
Спустя несколько дней он сам завёл разговор с новым «товарищем по несчастью» в лице психолога.
— Эти учёные, — пробормотал он, когда они снова пересеклись в столовой. — Думают, что система сама по себе работает. А я вчера всю ночь провозился с перезагрузкой одного из пунктов контроля.
Дмитрий приподнял бровь, будто впервые всерьёз заинтересовался.
— Не знал, что тебя гоняют на такие штуки.
— Ну, не они же будут этим заниматься, — фыркнул техник, делая глоток кофе. — Как будто вообще понимают, как тут всё устроено.
Дмитрий покачал головой, подыгрывая.
— А ты хоть раз показывал им, как устроено это место? Или они так и ходят, надеясь, что стены сами разойдутся?
Павел усмехнулся, качая головой.
— У них мозгов не хватит.
— Может, покажешь мне? — Дмитрий с улыбкой развёл руками. — Обещаю не жаловаться.
Мужчина колебался, но слишком уж легко было задето его самолюбие. Наконец, ухмыльнулся и кивнул.
— Пошли.
Дмитрий чуть опустил голову, скрывая самодовольную улыбку.
Технические помещения не были столь же стерильными, как лаборатория. Узкие проходы, панели с кабелями, экраны с мигающими индикаторами.
— Не впечатляет, да? — хмыкнул техник.
— Наоборот. Хотел бы я видеть лица учёных, когда они осознают, что без тебя тут ничего не работает.
— Они этого не осознают, — он потянулся за планшетом, проверяя статус системы. — Так, тут ничего менять не надо… Ты вообще за мной зачем ходишь?
Дмитрий пожал плечами.
— Просто хочу понимать, как всё устроено.
Павел поморщился, но не стал спорить.
— Мне кофе надо взять. Подожди здесь, не трогай ничего.
Он развернулся и ушёл.
Дмитрий остался один.
Это был его шанс.
Он огляделся, фиксируя в памяти всё, что могло пригодиться. Панели управления. Кабельные сети. Запасной шлюз. Всё это могло стать частью плана.
И тут он заметил планшет.
Он лежал на столе, забытый в спешке. Экран всё ещё светился – блокировка не успела включиться после последнего использования.
Дмитрий не раздумывал.
Секунда. Две.
Его пальцы скользнули по стеклу, взгляд быстро зафиксировал нужную информацию. Схема передвижения. Маршруты обходов. Точки доступа. Он вчитывался в мелькающие линии и цифровые отметки, запоминая, где находятся патрули, какие зоны можно обойти, а какие закрыты намертво.
Дверь в коридор открылась с негромким щелчком.
Дмитрий едва успел отдёрнуть руку, плавно отворачиваясь, словно просто лениво осматривал помещение. Ни напряжения, ни резких движений – он выглядел так, будто всё это время просто ждал, пока его новый товарищ закончит свои дела.
Когда техник вошел в помещение, русоволосый мужчина сидел там же, в той же позе, с тем же безразличным выражением лица, словно вообще не двигался.
— Ну что, разобрался? — хмыкнул мужчина, снова опускаясь на стул.
Дмитрий усмехнулся, слегка покачав головой.
— Пока только понял, что твоя работа важнее, чем думают остальные.
Павел фыркнул, но самодовольная нотка в его голосе выдала: ему понравилось услышанное.
Дмитрий же был доволен ещё больше.
Теперь у него была информация.
АЛЬБЕДО: Глава 3. Зов неизбежности
Один из экспериментов Камилле запомнился больше всего... Ведь он повлек за собой череду событий, которые изменили все. Фролов, как всегда, держался расслабленно, будто всё происходящее было простым формальностью, а не ещё одним шагом к раскрытию её дара. Он неспешно листал один из старых лабораторных журналов, на полях которого, помимо стандартных заметок, виднелись размашистые рукописные пометки, сделанные разными людьми, в разные эпохи.