Её загоняли.
Они не стреляли бездумно, не пытались сразу вывести её из игры. Нет, всё было иначе. Это была охота. И ей отвели роль дичи.
Грудь сдавило тяжёлым, удушающим предчувствием.
Она не знала, сколько у неё осталось времени, но знала одно – стоять на месте нельзя.
Девушка рванула в сторону, петляя между редкими деревьями и невысокими металлическими ящиками, накрытыми брезентом. Грязь под ногами чавкала, норовя засосать её, но она не останавливалась. Сердце билось оглушительно громко, в висках стучала кровь.
Выстрел.
Она дёрнулась вбок, но слишком поздно – резиновая пуля угодила в плечо, отбросив её на ближайший ящик. Камилла глухо выдохнула, скользнула взглядом по брезенту – в нём зияли старые порезы, сквозь которые виднелись какие-то громоздкие механизмы.
Нужно двигаться.
Она перекатилась в сторону, скрываясь за деревьями, и затаилась на секунду. Они играли с ней. Ждали, наблюдали, как она барахтается.
Но стоило ей сорваться с места, как очередной выстрел вспорол воздух.
Попали.
Боль вспыхнула в бедре, но теперь Камилла не позволила себе замедлиться.
Следующая пуля.
Острая вспышка боли в боку, словно её ударили тяжёлым кулаком.
Камилла вскрикнула, пошатнулась, инстинктивно прижимая руку к месту ранения. Боль отдалась резким спазмом в рёбра, пробежала жгучей волной, затухая тупым, но ноющим эхом. Она задышала глубже, заставляя себя не согнуться.
Пуля не пробила кожу – всего лишь сильный удар, возможно, трещина. Но даже зная это, легче не становилось. На секунду у неё перехватило дыхание. Ноги дрожали, но девушка упрямо предпринимала попытку встать.
Бок пульсировал. Было больно. Но ещё больше было обидно. Не из-за выстрелов. Из-за того, что это всё было частью игры, в которую её заставляли играть.
Камилла тяжело выдохнула, чувствуя, как рёбра протестующе ноют при каждом движении. Её взгляд метался по земле, по людям вокруг.
Она должна была почувствовать этот выстрел раньше. Но между осознанием и реальным движением тела оставалась пропасть. Её реакции не хватало. Тело просто не успело отреагировать. Секунда. Всего секунда задержки – и её сбили с ног.
Камилла сорвалась с места, едва чувствуя, как её ботинки скользят по размокшей земле.
Бежать.
Не думать, не останавливаться – просто двигаться вперёд.
Ещё один выстрел.
На этот раз стрелок почти промахнулся. Пуля чиркнула по виску, разрывая кожный покров. Струйка горячей крови потекла по щеке и подбородку, оставляя липкий след.
Всё слилось в сплошной тревожный ком. Звук выстрелов. Глухие удары пуль. Треск осыпающейся грязи под ногами. Чужие тени, скользящие на периферии зрения.
Она бежала.
Воздух был резким, холодным, будто впивался в горло мелкими осколками стекла. Глаза щипало от пота и слез, лёгкие сдавило, как будто кто-то сжал их ледяной ладонью.
— Двигайся, — хрипло выдохнула она самой себе, пригнувшись, чтобы укрыться за редкими деревьями.
Поздно.
Резкий удар в спину отбросил её лицом вперед. Камилла рухнула в грязь, тяжело задыхаясь. Рука онемела, в ушах звенело. Ещё одно попадание.
Но она снова поднялась. Шатаясь, с дрожащими ногами. Каждое движение отзывалось болью. Гематомы разрастались под кожей, ребро кололо при каждом вдохе. Где-то на запястье багровел порез, в боку жгло.
Но тело продолжало двигаться.
Очередная пуля просвистела над ухом.
Камилла дернулась, но снаряд успел разорвать мочку, по шее потекла тонкая струйка крови. Девушка судорожно втянула воздух, но уже не остановилась.
Жгло виски, саднило кожу на руках, ноющая боль сковывала движения. Падение несколько минут назад добавило к этому растяжение запястья, которое нестерпимо ныло при каждом неловком движении.
Но тело продолжало бежать. Не потому, что у неё был выбор. Она уже не думала. Чувствовала.
Новый выстрел.
Она увидела это за миг до того, как это случилось.
Камилла уже сместилась в сторону, перекатившись по грязи, и пуля пронеслась мимо, с силой врезавшись в ствол ближайшего дерева.