Камилла вскочила прежде, чем успела осознать своё движение, но тут же почувствовала, как на плечи легли тяжёлые руки. Ассистенты, один справа, другой слева, удерживали её, но не слишком жёстко – скорее предостерегающе.
— Не дёргайся, — ровным, но холодным голосом произнёс один из них.
Дмитрий тоже дёрнулся, но его тут же схватили за запястья, удерживая, а затем силой усадили в кресло.
— Что за чёрт?! — его голос был хриплым, но твёрдым. В напряжённых чертах лица читалась ярость.
Александр, казалось, смаковал происходящее, словно дирижёр, ведущий тщательно спланированную симфонию. Его спокойствие выглядело нарочитым, но за ним угадывалось что-то большее – глубокая уверенность в правильности каждого шага.
— Ты ведь заинтересован в её прогрессе, верно? — его голос звучал ровно, почти ласково, но Камилла ощутила, как в этих словах притаилось хищное предвкушение.
Она стиснула зубы, чувствуя, как холод пробежал по позвоночнику.
— Не смей!
Глава Ордена чуть склонил голову набок, будто оценивая её вспышку, а затем перевёл взгляд на Дмитрия – его истинное предназначение, наконец, должно было исполниться.
— А что ты можешь сделать? — его слова прозвучали буднично, даже лениво, словно Камилла действительно была не более чем инструментом в тщательно выстроенной системе.
Дмитрий дёрнулся, напрягся, но сопротивляться не имело смысла.
— Ну да, конечно, — пробормотал он с кривой усмешкой, но в глазах застыл ледяной блеск. — Наконец-то раскрыл свои настоящие планы? А я-то всё гадал, зачем меня оставили здесь болтаться без дела, как говно в проруби.
Фролов даже не удостоил Дмитрия ответом. Его равнодушие было хуже любых слов. Он просто кивнул ассистентам, словно этот разговор не стоил ни капли его внимания.
— Начинайте. — Приказ прозвучал спокойно, буднично. Как будто речь шла не о пытке, а о рядовом анализе крови.
Камилла почувствовала, как по спине пробежал холодный озноб, когда ассистенты подготовили оборудование. Стальные пластины, кабели, зажимы – она видела это раньше, но никогда не думала, что увидит на Дмитрии.
Два электродных зажима с хищным щелчком сомкнулись на его запястьях, ещё два – на лодыжках. Дмитрий напрягся, но даже не вздрогнул, когда ассистенты пристегнули его ремнями к креслу. Однако пальцы его едва заметно дрогнули – реакция, которую он не успел подавить.
Камилла напряглась, пытаясь вырваться, но хватка ассистентов была слишком крепкой.
— Фролов! — её голос был полон злости. — Ты больной ублюдок.
Он даже не моргнул.
— Если бы я был таким, как ты говоришь, он уже давно был бы мёртв, — ответил Александр с легкой тенью усталости в голосе, будто Камилла просто не понимала очевидных вещей. — Но мне нужен результат.
Дмитрий дёрнул руками, проверяя прочность сковавших его ремней.
— Да иди ты...
Камилла посмотрела на бывшего друга. Тот молча встретил её взгляд, напряжённый, сосредоточенный. Он понимал, что сейчас не время для эмоций, но глаза выдавали раздражение. Он был зол. На Фролова, на неё, на саму ситуацию.
— Готовьтесь, — спокойно отдал команду один из учёных.
Раздался тихий щелчок.
Камилла услышала, как в аппарате что-то загудело, будто внутри ожил хищный зверь, пробуждённый к действию.
Первый разряд ударил неожиданно.
Дмитрий стиснул зубы. Его тело резко дёрнулось, мышцы на шее напряглись, пальцы впились в подлокотники. Тонкий свежий запах, напоминающий хлор, ударил в нос. Это был озон, выжигаемый разрядом. Камилла ощутила, как у неё перехватило дыхание.
Тук-тук. Что-то глухо отозвалось внутри неё. Как эхо. Как будто её собственное тело откликнулось на его боль.
Александр наблюдал и ждал ее реакции.
— Слабовато, — произнёс кто-то из ассистентов, сверяясь с показаниями. — Он даже не потерял сознание.
Молодой психолог стиснул зубы, не издав ни звука. Но мышцы его продолжали судорожно сокращаться, а пальцы вцепились в подлокотники стула.