Конечно. Обычный человек изучал бы торговый язык соседнего королевства. Элей изучает язык зверолюдей — потому что мир должен открывать перед ней все тайны, даже те, что скрыты от человеческих глаз. Язык, где каждое слово дышит тайнами древних ритуалов, где звуки — как рычание далёких зверей, а интонации таят эхо первобытных историй.
— Интересно, сложный? — поинтересовался я, представляя, как она корпит над учебниками, изучая грамматику существ, которых большинство людей считает мифами.
— Да, но не об этом хотела поговорить, — сказала она, и в голосе появилась нотка, предвещавшая что-то важное. Или опасное. Или и то, и другое.
— О чём же?
— Расскажи, как проводил время, обучаясь на рыцаря. Может, есть ещё весёлые истории?
Я почувствовал, как мир слегка покачнулся. Не от магии — от удивления. Принцесса королевства интересуется буднями начинающего рыцаря? Это всё равно, что солнце вдруг решило поинтересоваться мнением свечи о том, как правильно светить.
— Вы ввели меня в ступор, — признался честно. — Не ожидал, что вас интересует жизнь обычного рыцаря.
Глава II, страница 16
— Во-первых, — Элей выпрямилась, и я понял, что сейчас получу лекцию, — да, мне интересна жизнь рыцаря. Я сижу в замке постоянно, ничего про народ не знаю. Живу в золотой клетке и смотрю на мир через прутья придворного этикета. Во-вторых, ты не обычный рыцарь. У тебя особый отряд, а в-третьих...
— Можете не продолжать, — перебил я, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Понял всё.
— Некультурно перебивать девушку, — в голосе Элей появилась ледяная нотка, от которой по спине побежали мурашки. — Я договорю, а ты продолжишь. В-третьих, мы играли в детстве. Мне интересна жизнь мальчика, который со мной играл тогда, когда я ещё могла быть просто девочкой, а не принцессой.
В последних словах прозвучала такая тоска, что я почувствовал себя полным идиотом. Конечно, она помнит наши детские игры. Конечно, ей хочется знать, что стало с тем мальчишкой, который не боялся дёргать её за косички и спорить о том, кто быстрее добежит до старого дуба.
— Спасибо... то есть... простите, — пробормотал я, запутываясь в словах. — Не следовало перебивать.
В тот миг, глядя на неё — принцессу в золотой клетке, девочку из детских воспоминаний, загадку в человеческом облике, — я понял, что детство закончилось навсегда. И вместо грусти почувствовал странное облегчение: наконец-то можно перестать притворяться, что не знаешь, кем хочешь стать.
Я хотел стать тем, кто достоин стоять рядом с ней не как мальчишка, играющий в рыцаря, а как человек, нашедший своё место в этом сложном мире.
— Мог не извиняться, — Элей рассмеялась, и этот смех вернул в сад призрак нашего детства. — Ты стал такой воспитанный весь. С прежним тобой мне больше нравилось.
Дилемма во всей красе: остаться вежливым рыцарем, знающим своё место, или вернуться к мальчишке, который не боялся быть собой рядом с принцессой? Выбор между правильным и настоящим.
— Давайте сначала про королевство, — начал я с безопасного. — Простой народ живёт хорошо. Еда есть, торговля цветёт. Много детей — значит, есть достаток. И много... памятников королю.
— Всё! — Элей взмахнула рукой так резко, что птица вспорхнула с куста. — Хватит про памятники! А остальные вопросы?
Я усмехнулся. Вот она, настоящая Элей — та, что не выносит пафоса, даже когда речь об её отце.
Глава II, страница 17
— У рыцарей всё есть. Лучшая амуниция, еда, учителя. Нас учат многому, плюс два языка. История мне нравится больше всего — она как окно в былые времена. А ребятам — уроки магии. С магией у меня беда, но стараюсь.
— Молодец, что стараешься, — в её голосе прозвучало что-то тёплое, женское. Странно слышать такие нотки от девушки моих лет. — А что про себя?
— Много друзей появилось. Весь отряд — друзья, каждый словно луч в темноте. Меня часто капитаном выбирали. Хотя... — запнулся, но решил быть честным. — Никогда не смогу настоящим войском командовать. Происхождение не то.
— Будет у тебя! — Элей вскочила, книга упала с колен. — Стану королевой — первым делом дворянский титул тебе дам!
В её глазах горел огонь, способный переплавить королевскую казну. Но мир устроен не так просто, как хотелось бы принцессам.
— Спасибо, но откажусь, — сказал тихо. — Титулы часто лишь маски над пустотой.
— Не позволяю отказываться, — в голосе прозвучала грусть. — Так что проси всегда быть капитаном. Обещай.
Я посмотрел на неё — девушку, готовую ради мальчишки из детства законы переписать — и понял: некоторые битвы лучше проиграть.
— А у вас как?
Элей подняла книгу, лицо стало серьёзным.