Ричард упал ниц и взмолился:
Я, недостойный, осмелюсь просить вас, о, Мастер-Дракон, об отсрочке. Я связан обещанием и не хотел бы оставлять его невыполненным. Но как только всё завершится, клянусь, я сам отдамся в руки правосудия.
Мастер-Дракон задумался.
Не выполнять свои обещания — плохо, — сказал он, после некоторого молчания. — Но я не могу отпустить тебя просто так. Мы должны ослабить тебя, ибо, нарушив закон, ты предал и священную силу Садовника.
Ричард поднялся и поблагодарил своего наставника.
Он ваш, — кивнул Мастер-Дракон Отправителям Наказаний, и демоны, коими те являлись, с радостными ухмылками утащили нарушителя с собой.
***
Лондон, Хэмпстед, 1878 год
Джози переживала и злилась. Был уже довольно поздний час, а Ричард всё не приходил. Хотя обещал ей сегодня поужинать вместе. Обманщик!
Она уже выкупалась, переоделась ко сну. И что — сидит, как дура, одна-одинёшенька и ждёт. А вдруг у него женщина? О нет, неужели он может быть так вероломен! И она уж было взялась за разработку планов коварной мести, как вдруг пространство вокруг заколебалось, и прямо к ней под ноги вывалился Ричард. Джози отпрянула в ужасе: одежда его была изодрана в клочья и залита
кровью, глаза ненормально блестели, а на губах играла полусумасшедшая улыбка… Он обхватил её колени, и Джози почувствовала, что он весь горит.
Что с вами? — произнесла она испугано и попыталась погладить его по голове. Волосы, обычно такие шелковистые, сейчас намокли и сбились, от засохших в них пота и крови.
Дж-ж-жо-о-о-з-зи, п-про-сти-те ме-ня… Я-йа из-з-зм-м-а-ар-рал в-ва-а-с с-св-во-ей к-кр-ро-вью…
Что за глупости вы говорите?! Немедленно залазьте в постель, а я посылаю за доктором! — если честно, она не знала, что и делать. Но она видела, как ему плохо и ей было очень жаль его.
Он помотал головой, заявив, что он грязный и что доктора ему не нужно, и испросил разрешения умереть у её ног.
Нет, нет! — закричала она. — Вы не должны умирать! Я не хочу!
И, обхватив его за шею, она начала покрывать лицо мужа поцелуями, захлёбываясь слезами. Он обнял её с поразительной нежностью и прошептал уже спокойно:
Благодарю вас, моя богиня.
Нет же! Вас надо класть в постель и лечить! — она рвалась позвать доктора. Но Ричард лишь крепче прижимал её к себе и прятал лицо в волосах, шепча:
Не надо! Ты — моё благодатное лекарство, мой цветочек! Просто полежи со мной, а к утру всё будет в порядке.
Она кивнула, и они улеглись вместе — Ричард, правда, на самый край, свесив ноги в обуви. Джози забралась к нему под бок, обняла за шею, положила голову на плечо. Её всю трясло.
Что с вами случилось, Ричард?!
Он чуть повернулся, нежно поцеловал в волосы и стал укачивать:
Тише-тише, мой цветочек. Всё хорошо. Маленьким прекрасным цветочкам нужно спать… Сейчас я расскажу сказку, и вы уснёте. Итак, есть прекрасный сад. В нём растут самые удивительные и диковинные цветы на земле. Но цветы так хрупки и нежны, что их легко погубить. Поэтому их охраняют Садовники…
Его красивый бархатный голос обволакивал, убаюкивал, уносил в тот самый дивный сад. Дыхание Джози выровнялось, и она уснула.
***
До чего же странный сон ей приснился вчера. Будто Ричард был весь изранен, словно сражался с демонами. Она тряхнула головой, отгоняя дурные мысли, и осмотрела комнату. Всё было на своих местах и в полном порядке. На тумбочке у кровати привычно дымил ароматный кофе и благоухали три розы. Да, там во сне он говорил, что испачкал её сорочку. Но нет, всё чисто. Значит, точно сон. Она с облегчением вздохнула и вызвала Клодин, чтобы приступить к утреннему туалету.
Через некоторое время она сошла в кабинет. Сегодня она собиралась во всей красе продемонстрировать прекраснодушие своей героини, после чего читатели должны были полюбить её ещё сильнее.
И ещё — она решила вторгнуться на территорию Ричарда. Он к ней заходит же, читает её историю, даже занудствует. Вот и она пойдёт, посмотрит, что он делает, и станет вредничать.
В кабинете она застала Ричарда за работой: он разложил на столе какие-то книги, карты и что-то
чертил. Одет он был, по своему обыкновению, в светлое. Костюм как всегда идеально сидел на его стройной фигуре, а голубой шейный платок шёл к ярким глазам.
Ричард был гладко выбрит и аккуратно причёсан. В общем, всё как всегда.
Джози подошла ближе, с твёрдым намерением поехидничать, но тут бросила взгляд на чертёж и замерла. Среди восьми указывающих в разные стороны стрелок извивалась линия. И ложилась она так, что общий вид чертежа походил на … цветок.
Что это? — спросила она, и глаза её сияли детским восторгом: она и представить себе не могла, что такая унылая вещь, как график, может быть столь красивой.
Ричард повернулся к ней и посмотрел с лёгкой улыбкой. Затем обнял за талию и притянул к себе. Приподнял, жарко поцеловал в губы и посадил на край стола, но так, чтобы она не мешала его работе.
Это, ангел мой, — ответил он, завершив все манипуляции с нею, — называется роза ветров.
Роза! Ах, как чудесно!
Да, Джози, роза, как и лилия, — цветы символические. Они встречаются в литературе, философии, в различных религиях, в геральдике и даже, как видите, в географии…
Словно весь мир — это сад. И все в нем общее — через цветы! — восторженно сказала она. Ричард посмотрел на неё сияющими глазами:
О, радость моя, вы не устаёте меня удивлять!
Она склонила голову набок и, придав своему взгляду лукавства, спросила:
А вы подарите мне когда-нибудь розу ветров? Ричард искренне удивился:
Зачем она вам, ангел мой?
Ну… я бы вплела её в волосы…
Теперь уже его взгляд вспыхнул восторгом:
Раз так, я подарю вам все розы ветров, что есть на земле!
Тогда… я тоже... — она что-то вспомнила и спрыгнула со стола: — Я сейчас!
Как же она забыла! Вчера они с матушкой гуляли по магазинам, и в одной из швейных лавок мать заметила пяльца из черепахи.
Ты должна непременно купить их! — провозгласила леди Эддингтон.
Но, маменька, ты же знаешь, как я плоха в вышивании? — напомнила Джози.
Тебе необязательно быть в этом хорошей, — возразила та. — Понимаешь, милая, для глаз мужчины нет более приятного зрелища, чем его жена за рукоделием. Тебе стоит попробовать!
После этого они купили пяльцы, полотно, разноцветный шелк и иглы. И вот сейчас Джози сложила все эти сокровища в кокетливую корзинку и вернулась в кабинет.
Она уселась неподалёку от Ричарда на маленькую скамеечку, что стояла здесь, но не использовалась. Расправила подол своего скромного, но очень элегантного сливового платья и достала рукоделие.
Ричард продолжал работать, поглядывая на неё лишь краем глаза. Но когда она, уколов пальчик,
вскрикнула, он вздрогнул и тут же оказался рядом. Подул на пальчик, лизнул его. И наконец заметил её старания — перепутанные, торчавшие во все стороны нитки, должно быть, означали рисунок.
Могу ли полюбопытствовать, ангел мой, что вы такое делаете? — насмешливо произнёс он. Она вскинула на него глаза и совершенно серьёзно ответила:
Намериваюсь вышить вам платок…
И заметила, как насмешливость сползла с его лица. Он опустился рядом с ней на колени и трепетно обнял.
Дж-жози, в-вы ш-шь-ё-т-те д-для м-меня? — пробормотал он.
Да, правда я не умею хорошо, — честно ответила она, чувствуя, как он заливает её обожанием.
Н-не н-на-д-до х-хо-р-ро-ш-шо! — его колотило от счастья и благодарности: Джози мастерит что- то для него! Он не знал, что делать с таким ценным подарком судьбы. Аккуратно вынув иглу из её пальчиков, он принялся осыпать их поцелуями.
Ведь жена должна вышивать платки своему мужу? — вспомнила Джози материны слова.