Пришла в себя она только в своей комнате, лёжа в постели рядом с мужем. Они держались за руки, тесно переплетя пальцы, и время от времени обменивались поцелуями…
Я пропустил Рождество, вы, наверное, обижаетесь на меня? — поинтересовался Ричард, поднося её ладошку к губам и целуя пальчики.
О, вы даже не представляете, как я зла на вас! Вы должны мне подарок и притом — грандиозный! — заявила она, приникнув к нему и устроившись на плече.
Мне остаётся уповать на то, что заготовленный мной сюрприз придётся вам по душе, — лукаво подмигнул он, за что получил ощутимый тычок от Джози.
Вечером в особняк съехались все Эддингтоны, прибыли друзья. И ужин прошёл в теплой задушевной беседе, часто прерываемой задорным счастливым смехом, за который здесь никто никого не осуждал. По окончании трапезы леди Кэролайн села к роялю и сыграла куплеты довольно-таки фривольного содержания. Но все, несмотря на некоторое смущение и хихиканье, бросились радостно отплясывать под них, хотя мелодия и требовала выделывать такие па и кульбиты, что они выглядели бы неприличными, наблюдай за этой картиной кто-нибудь благоразумный. Но таковых не было, и поэтому можно было хохотать и дурачиться сколько душе угодно.
Чтобы несколько освежить рассудок и немного передохнуть, Ричард увлёк Джози на балкон.
Шёл снег, искрясь и переливаясь в лунном свете. И Джози, раскрасневшаяся, несколько растрёпанная, в серебристом платье, казалась, среди этого искрящегося кружения прекрасной фейри, случайно заглянувшей в мир людей. И чудилось — ветерок вот-вот подхватит её и унесёт в белоснежном вихре.
Ричард порывисто обнял её и прошептал с каким-то странным после недавнего безудержного ликования отчаянием:
Джози, не улетайте от меня!
Она взяла его ладонь и прижалась к ней щекой.
Как я могу улететь, это же у вас, а не у меня, есть крылья!
И у вас тоже — вы ведь прилетали ко мне. Во сне, помните? И укрывали меня своими крыльями, ангел мой, — с нежностью и восторгом проговорил он, и глаза его сияли.
Джози обняла его за пояс, уткнулась в грудь и проговорила:
Вы у меня такой глупый и такой славный! Он вздрогнул от этого слова.
Она испугалась:
Я чем-то обидела вас?
О нет, что вы! — поспешил успокоить он. — Просто так называла меня мама.
Вы никогда о ней не рассказывали! — Джози даже слегка обиделась на такое недоверие.
Я потерял её очень рано, мне было всего три года. Она чем-то походила на вас. Хрупкая, большеглазая, с нежным голосом…
Странно, но печаль, звучавшая в его голосе, была столь светлой, что Джози не почувствовала жалости. Отнюдь — душу наполнило счастье из-за того, что она напоминала мужу самого дорого человека. Это ощущение сделало их с Ричардом ещё ближе друг другу.
Я так устала, — жалобно проговорила она, — и мне холодно.
Ричард тут же подхватил её на руки, укутывая объятьями. Поцеловал в завитки волос, обрамлявшие чистый лоб и сказал виновато:
Какой же я болван, не подумал, что на вас лёгкое платье! Идёмте скорее в дом! — и уже в зале, опуская её на пол под чуть завистливые взгляды родственниц, проговорил: — Обидно было бы заболеть накануне путешествия в теплые края.
Путешествие! — вскричала она, захлопав в ладоши и не обращая внимания на притихших и обратившихся в слух гостей. — Это же здорово! Так здорово! — и, подбежав к родным, стала по очереди обнимать их: — Мамочка! Папочка! Сара! Мэри! Мы едем в путешествие!
Женщины, растерявшись и не зная, как реагировать, поздравляли её, а вот мужчины смотрели на всё это более скептически.
Лорд Эддингтон, окинув зятя недовольным взглядом, сказал:
Ричард, сын мой, вы полагаете, такое приключение уместно?! Я считал вас благоразумным человеком, способным понять, чем грозят нежной женщине дальние морские странствия!
Ричард слегка покраснел от такого укора, но глаза его сверкали обижено и дерзко. Поклонившись, он ответил очень вежливо, хотя голос дрожал и прерывался:
Простите меня, сэр, если это заявление взволновало вас. Поверьте, для меня безопасность Джози не менее важна, чем для вас. Судно, на котором мы отправимся в путь, принадлежит Ост- Индийской компании, а это значит, оно вместительное и надёжное.
Джози подбежала к нему, взяла под руку, прижалась и с вызовом посмотрела на семью.
Я хочу ехать! — капризно сказала она, выделив «хочу». — И тем более с Ричардом я готова хоть на край света. И если вы попробуете нас остановить — разобижусь и никогда не прощу! Вот!
Она надменно вздёрнула прехорошенький носик и окинула всех недовольным взглядом.
Первым рассмеялся лорд Эддингтон, за ним Ричард, а потом уже все остальные: крошка Джози, спящая угрозами, представляла собой более чем комичное зрелище.
Джози жутко обиделась на всех. Губки задрожали, а в огромных глазах заблестели слёзы. Она сжала кулачки и собиралась уже наброситься на родных с упрёками, когда муж нежно обнял её и, ничуть не смущаясь присутствующих, с восторгом проговорил:
Вы просто восхитительны в гневе, ангел мой, — и нагло, но обворожительно улыбнулся. Лорд Эддингтон, окинув пару теплым любящим взглядом, сказал:
Ну что ж, если решение ваше взаимно, мне остается только благословить ваш поход.
Да-да, — добавила леди Кэролайн. — У вас не было свадебного путешествия! Поезжайте, отдохните!
А вы, Ричард, не волнуйтесь, — поддержал её супруг, — я на самом деле доверяю вам, как самому себя. А возмутился скорее для проформы, чем на самом деле.
Мужчины обменялись дружескими рукопожатиями, и Торндайки засобирались домой: Джози едва держалась на ногах.
Оказавшись в карете и на коленях у Ричарда, она только теперь почувствовала себя по-настоящему счастливой и умиротворённой. Словно котёнок, свернувшись в надёжном кольце мужниных рук, она сладко заснула, и впервые за эти месяцы ей снились детство и смех.
***
Лондон, Хэмпстед, 1878 год
Брать с собой только самое необходимое! Что может быть глупее этой фразы? Как, позвольте спросить, она выберет самое, если ей необходимо всё? И чтобы значила эта ехидная улыбочка Ричарда и смешинки в глазах?!
Всю неделю, отведенную на сборы, Джози была сама не своя. Новизна всегда волновала её, а тут — такое дальнее странствие! Она ведь пока что не выезжала никуда дальше Северного Уэльса. Было отчего забеспокоиться.
А тут ещё Клодин заупрямилась и напрочь отказалась ехать, заявив, что ей не по возрасту такие авантюры. Пришлось срочно подыскивать новую горничную, которая согласилась бы отправиться в путешествие. Личную прислужницу Джози взялась выбирать сама, хотя никогда прежде ничем подобным не занималась. Ричард не возражал, но и не помогал. Джози выбрала самую странную из всех претенденток. Для женщины та была даже чересчур высокой, угловатой, с узким, неприятным лицом, отличающимся мелкими острыми чертами. Её маленькие глазки, казалось, всё время рыскали, что-то высматривая. Девушку звали Терезой.
Сначала Джози, занятая предотъездными хлопотами, не придала значения, что Тереза ходит за ней почти неотступно. Была у новой горничной и ещё одна странность — она постоянно исчезала куда-то. Возвращалась запыхавшаяся, и даже не всегда извинялась.
Вот и сейчас, когда Джози нужно было рассортировать бельё, служанки рядом не оказалось. Миссис Торндайк схватила колокольчик, и позвонила, вложив это действо всё своё негодование. Но никто не явился ни на первый ни на второй призыв. Лишь на третий раз, грузно переваливаясь с ноги на ногу, прибежала Клодин.
Звали, мэм? — сказала она, всем своим видом показывая, как относится к взбалмошности своей юной хозяйки.
Звала, но только Терезу! — начала закипать Джози.
А ну ежели вам нужна Тереза, то стоит поспешить!
Поспешить?! — колокольчик с грохотом отлетел в строну. Джози упёрла кулаки в свои округлые бёдра. — Что бы значило?!