Я прихожу в себя через неизвестное количество часов. Голова раскалывается, во рту вкус медной проволоки и пепла. Язык прилип к небу. Я допиваю вчерашнюю банку энергетика, и первое, что я делаю, — открываю Descard.
Ничего. Ни одного личного сообщения. Ни одного упоминания в общем чате. Они живут своей жизнью. Без меня. Мое последнее сообщение «Прощайте» висит в пустоте, никем не прочитанное, никем не замеченное. Я для них уже призрак. Несуществующий.
Паника, острая и животная, сжимает горло. Мне нужно говорить с кем-то. С кем угодно. Я создаю новые аккаунты. Лезу на другие серверы, в случайные чаты в Tilekram’е. Пишу: «Привет, как дела? Кто хочет поболтать?». Ответы — грубые, или пошлые, или никакие. Мне предлагают «встретиться», прислать фото. Меня посылают на три грустные буквы. Я — никто. Просто одинокий никнейм без истории, без репутации, без своего места. Я пытаюсь втереться в доверие, строить из себя милую и наивную, но у меня не хватает сил поддерживать ложь. Я срываюсь, пишу злые, язвительные вещи, меня быстро банит модератор.
Мне негде быть. Меня нигде не ждут.
Деньги кончаются. Nitro потухнет через два дня. А потом я останусь здесь, в этой комнате, наедине с собой, без моего щита, без моего окна в мир. Мысль невыносима.
Идея приходит сама собой, как нечто самоочевидное. У меня есть тело. Оно никому не нужно. Оно не я. Я — это мой никнейм, мои посты, мои мысли. Тело — просто оболочка. Его можно монетизировать. Как и все в этом мире.
Я нахожу сайты. Платформы. Создаю новый, чистый аккаунт. «Ангел_Одиночества_99». Делаю селфи. Без лица. Только шея, плечо, уголок губ. Выставляю цену. Дёшево. Первый заказ приходит через полчаса. Какой-то мужик просит снять носки. Я делаю. Он переводит деньги. Я чувствую… ничего. Пустоту. Это просто цифровая операция. Обмен байтов изображения на байты на счету.
На эти деньги я покупаю еды — шоколадный батончик, чтобы не упасть, и продлеваю Nitro еще на месяц. Багровая спираль загорается снова. Я захожу на сервер. Они все там. Я просто смотрю на их ники, на их разговоры, как призрак, как вуаль. Я купила себе еще месяц нахождения в этом лимбе.
Но денег с фото мало. На новую дозу не хватает. А желание забыться становится все сильнее, все физиологичнее. Ломка. Я боюсь этого слова, но это оно.
Следующий шаг кажется уже не таким радикальным. Все та же сделка. Только оффлайн. Я нахожу другой сайт. Выставляю те же фото. Указываю район. Цена уже выше.
Первая встреча. Дешевый отель, пропахший хлоркой и чужими телами. Он старше, чем на фото. Грубый. Я смотрю в потолок, в пятно сырости, похожее на очертания острова. Я мысленно прокручиваю в голове старые, лучшие моменты с «Хижины». Смех Призрака. Глупые шутки Руут_Кома. Я — не здесь. Я — там. Это просто сон. Болезненный, унизительный, но сон. Я продала свою нетронутую оболочку так. Когда он заканчивается, я забираю деньги и еду в ближайшую забегаловку. Покупаю два пакетика вместо одного. Внезапно меня посреди улицы пробивает на очень-очень горькие слёзы. Мне нужно стереть это. Выжечь память.
На следующий день я просыпаюсь и вижу на своем бедре синяк. Фиолетовый, с оттенками желтого. Я ненавижу его. Я ненавижу это тело, которое приходится продавать. которое чувствует боль. Я иду в ванную, беру лезвие. Острое, холодное. Провожу одну неглубокую, но четкую линию. Боль острая, яркая, реальная. Из пореза выступают капли крови. И на секунду внутренняя боль затихает, замещённая этой, физической, понятной. Я смотрю на кровь и чувствую странное облегчение. Так и должно быть.
Так повторяется снова и снова. Встречи. Дозы. Порезы. Круг замыкается. Nitro горит, но я уже не хозяйка. Я — призрак, который молча наблюдает за своим прошлым раем, за своими бывшими друзьями, которые прекрасно живут без меня, а я пытаюсь дотянуться отрубленной рукой до поезда на другом конце земли.
Однажды я понимаю, что больше не могу. Просто не могу. Сил нет. Нет сил притворяться, нет сил ненавидеть, нет сил искать забвения. Остаётся только одна, последняя, идеально четкая мысль. Я должна им все сказать. И уйти.
Я открываю общий чат «Хижины». Они о чем-то спорят, о новой игре. Я печатаю. Долго. Медленно. Мои пальцы будто налиты свинцом:
"Всем привет. Я знаю, что вы меня ненавидите или презираете. Или просто забыли. Мне все равно. Я просто хочу, чтобы вы знали. Я продавала свои фото. Я продавала свое тело незнакомцам в гостиницах. Я режу себя лезвием, потому что эта боль понятнее той, что внутри. Я ухожу от вас. Я ухожу из этого мира. Он слишком шумный и слишком жестокий для меня. Вы были единственной семьёй, которую я имела. Прощайте."