— Я спасаю тебя, глупышка, — заговорила Рада. — Мне тяжело с тобой разлучаться, но Богдан пообещал выдать тебя за Яшку. Не когда ты созреешь, а прямо сейчас. Ты пропадёшь с ним. Тебя запрут в доме, заставят убираться и прислуживать всем старшим. Так у нас положено, но ты не выдержишь. Беги, доча, если эта женщина тебе поможет. Поможешь? — подняла Рада взгляд на Кристину.
— Конечно, помогу, — растерянно говорила учительница, — но я не знаю, как правильно сделать, чтобы Асю точно приняли в детский дом. Как вам написать эту отказную? Подождите, у меня же по соседству живёт нотариус. Она, конечно, пожилая, но до сих пор работает. Подождите немного.
Кристина метнулась из квартиры, совсем забыв, что совсем недавно не хотела даже заводить сюда цыганку. Когда она вернулась с нотариусом, Рада с Асей плакали, крепко обнявшись.
Пожилая сухонькая из женщина в круглых очочках сразу взяла «быка за рога».
— Так, Кристина вкратце описала мне вашу ситуацию. Сейчас вы, под мою диктовку, на бумаге изложите обстоятельства, при которых была найдена девочка. Также напишите, что отказываетесь от дальнейшего её воспитания. Но имейте в виду, после этого вас могут привлечь за то, что вы не сообщили куда следует, когда нашли ребёнка. Хотя, вы цыганка, уж извините меня, у вас это в порядке вещей.
— Я не боюсь, — тряхнула головой Рада. — Пусть привлекают, делают что хотят. Главное, увезите Асю отсюда, так, чтобы Богдан не смог её разыскать.
— Ну, уж извините, после вашей отказной, даже если он её разыщет, он не сможет ничего сделать, — улыбнулась пожилая женщина, поправляя очочки на переносице. — Девочку примут в детский дом, и это будет считаться похищением ребёнка.
— Хорошо, давайте писать, — кивнула Рада, отрывая от себя вцепившуюся в нее Асю.
После того, как с бумагами было покончено, Рада спросила Кристину:
— Можно, она уже сейчас останется у вас? Домой возвращаться ей нельзя.
Через пару дней возле подъезда Кристину выловил высокий широкоплечий цыган с перекосившимся от гнева лицом. От того, как блестели его злые чёрные глаза Кристина сразу догадалась, кто перед ней.
Богдан навис над женщиной и очень грубо спросил:
— Где моя дочь, куда ты ее дела?
Кристине было страшновато, но она постаралась смело посмотреть в глаза цыгану.
— Какая еще ваша дочь? Я не понимаю, о чем вы говорите.
— Не придуривайся, все соседи видели, как ты уводила Аську со двора.
— А, если вы об Асе, то она не ваша дочь. Девочка обратилась ко мне сама и рассказала об этом. Теперь она будет жить в детском доме, как и полагается ребенку без родителей.
Кристина говорила это, стараясь прикрыть Раду. Она трепетала перед нависшим над ней злющим цыганом, и страшно было представить, что он может сделать с женой, если узнает правду. Кристина не догадывалась, что Богдан уже и так знает эту правду. Рада сама ему все рассказала, прекрасно представляя, что ее ждет после этого. Сейчас побитая цыганка лежала у себя в бараке, второй день не находя в себе силы, чтобы встать с кровати после кулаков мужа.
Богдан всё знал, но всё равно пришёл надавить на учительницу. Без Аськи ему был конец. Барон подключил свои связи, заплатил большие деньги, чтобы замять дело, а Богдан дал ему слово. Слово данное барону нарушать нельзя. Для цыгана это приговор.
— Говори, где Аська, в каком она детдоме?
Мужчина сжал кулак, демонстративно замахнулся на Кристину. Та зажмурила глаза, вжала голову в плечи и громко закричала:
— Помогите, помогите.
Она думала, что Богдан ее ударит, и все равно знала, что ни за что не раскроет ему месторасположение девочки. На крик женщины обернулась пара соседок, подбежал мужчина из соседнего подъезда, выгуливающий собаку. Богдан бессильно опустил кулак и убежал.
Глава одиннадцатая.
Подложив под спину подушку, Ася полулежала на постели уставившись в книгу. В просторной комнате заставленной кроватями были и другие девочки. Они переговаривались между собой, шутили, смеялись, но Ася их не слышала, она была далеко. Она фехтовала вместе с Д'артаньяном и спасала прекрасную Констанцию.
Читая книги, девочка всегда воображала себя не прекрасной дамой, а именно отважным мушкетером. Может быть потому, что Ася обладала весьма воинственным характером. Не зря в детдоме к ней приклеилась кличка «Цыганка».
Когда она переступила порог этого заведения, ей было всего одиннадцать лет. Желающих обидеть девочку было предостаточно. В основном это были старшие девчонки, желающие прищучить новенькую, поставить её сразу же «на место». Но Ася быстро показала всем, где ее место!