Сэм и Джек выпили чаю и ушли на поиски вещей, взяв с собой лампу.
— Как твоя рана? — спросила у Тео Бет, когда они уселись рядом на сани и укутались одеялом.
— Не думаю, что она откроется, — ответил он. — Впрочем, если это все-таки случится, это будет справедливым наказанием зато, что я притащил тебя сюда. Тут не место леди.
— А я совсем не похожа на леди, — возразила Бет. — Когда-нибудь мы будем вспоминать об этом и смеяться.
— Надеюсь, — вздохнул Тео. — Я хотел бы загладить свою вину — стать идеальным мужем и дать тебе дом, которого ты заслуживаешь.
— Это что, предложение руки и сердца? — поддразнила Бет.
Он снял перчатку и нежно погладил ее по щеке.
— Да, если ты этого хочешь, но вообще-то я собирался сделать предложение в более романтической обстановке.
Бет посмотрела на узкий проход между сваленными в кучи вещами. Снег шел не переставая, и сюда забрались другие люди в поисках убежища. Они тоже натягивали над головой брезентовые навесы. Бет рассмеялась.
— Думаю, о романтической обстановке придется на некоторое время забыть.
Они считали, что подъем по Золотой лестнице — это самый трудный этап перехода, но следующие два дня, потраченные на поиски своих вещей, превратились в долгую пытку. Спать было невозможно. Они страдали от холода, грязи и отсутствия горячей пищи, Шум толпы, безжалостный ветер и снегопад сводили всех с ума.
Бет и ее спутники продолжали откапывать из-под снега вещи, все больше разочаровываясь и теряя надежду когда-либо отыскать среди них свои. Физическая работа позволяла согреться, но мышцы невыносимо болели. Кроме того, после раскопок холод словно вползал во все суставы.
Бет с ужасом ждала момента, когда ей захочется в туалет. Мужчины ходили по нужде куда угодно, не обращая внимания на окружающих, но она не могла так поступать. И чем сильнее она беспокоилась по этому поводу, тем чаще испытывала желание облегчиться.
На третий день, когда снегопад усилился, Бет поняла, что еще одного дня задержки она попросту не переживет. Слезы замерзали на щеках, губы сильно потрескались, она почти не могла говорить, Даже Джек выказывал признаки усталости. Бет видела, как медленно он двигался, взбираясь на кучи заметенных снегом вещей. Тео был смертельно бледен и шатался. Сэм изо всех сил старался не отставать от Джека, хотя явно находился на грани обморока.
И все-таки именно Сэм наконец отыскал их вещи. Он решил пройтись, чтобы восстановить кровообращение, и случайно заметил какого-то мужчину, который как раз нашел свое имущество. Когда тот оттащил в сторону последний тюк, Сэм увидел за ним их перевязанный лентами шест. Если бы не счастливый случай, через час все снова оказалось бы под снегом.
Погрузка вещей на сани позволила согреться и немного улучшила всем настроение, хотя снег повалил еще сильнее. Затем они наконец потащили сани к занесенной снегом хижине, над которой развевался потрепанный флаг Соединенного Королевства. Это был вооруженный пулеметами пропускной пункт Северо-западной конной полиции, которая охраняла границу с Канадой.
Бет ободрилась, увидев знакомые красные куртки и темно-синие брюки полицейской униформы, и обрадовалась, узнав, что в Канаду запрещено провозить оружие. Это значило, что беззаконие и насилие, царившие в Скагуэе, останутся по эту сторону границы.
На ввоз доставленных со стороны Аляски товаров налагалась пошлина. Но Тео оказался предусмотрительным. Он предъявил пачку квитанций на товары, купленные в Ванкувере, и заявил, что не должен платить за них, а только за то, что было куплено в Скагуэе.
Бет не могла понять, как полицейским, проводившим месяцы на вершине горы в такую ужасную погоду, удается оставаться веселыми и доброжелательными. Конечно, у них была теплая орда из шкур бизонов, но хижина оказалась не намного теплее палатки, а выпавший за ночь снег покрывал все двухметровым слоем. Тем не менее слова Тео их позабавили, и полицейские взяли с них только два доллара налога, даже не проверяя вещей.
Путешественники пересекли границу и направились по дороге, ведущей в Счастливый лагерь, лежащий в пяти милях отсюда. Снегопад чудесным образом прекратился, и на небе появилось тусклое солнце. Несмотря на тяжелые сани, которые нужно было тащить за собой, со дня, когда они покинули Дайа, дорога впервые показалась легкой. Снег был хорошо утоптан их предшественниками, поэтому сани легко скользили по дороге. Друзей потрясла новость о том, что они прошли только двадцать две мили от Дайа, а от Овечьего лагеря их отделяло всего восемь с половиной миль. Им-то казалось, что они преодолели не меньше сотни!